На улице взревели моторы — очевидно на поиски стрелков выдвинулись манёвренные группы, и постепенно жизнь вошла в обычную колею, насколько это определение вообще годится для происходящего в стенах одного из органов власти в охваченной мятежом столице. Тела унесли на носилках, кровь на полу замыли, а на стену махнули рукой, вновь забегали взмыленные курьеры, отправились по своим непонятным делам важные до невозможности господа в штатском, засуетились чиновники то ли рангом пониже, то ли просто с не столь крепкими нервами. Такое впечатление — палкой в муравейник ткнули.

Я немного ещё выждал, затем проскользнул в кабинет и первым делом занавесил окно, после допил чай и совсем уже собрался погрузиться в медитацию, но тут в приоткрывшуюся дверь заглянул Иван Богомол.

— Петя, на выход! — позвал он меня. — Дополнительные манёвренные группы формируют, нужны операторы.

Едва ли это было то самое дело, о привлечении к которому намекал Альберт Павлович, но, судя по последним событиям, противодействие диверсантам было поставлено из рук вон плохо, а я худо-бедно в этом вопросе разбирался, поэтому новому поручению даже обрадовался.

— Думал, район давно взят под контроль, — сказал я Ивану, на ходу натягивая пальто.

— Взять — взяли, — кивнул тот. — Только не учли дальность боя срединских противотанковых ружей. Помнишь, при разгроме разведячейки захватили? Так вот они оказались серьёзно доработаны в плане повышения кучности. Из них не бронетехнику уничтожать предполагалось, а операторов.

— Логично, — хмыкнул я и спросил: — Нам какую задачу поставят?

Начавший спускаться по лестнице Иван замедлил шаг на середине пролёта и пояснил:

— Ближайшие здания прикрывают штаб почти со всех сторон, но подходящие стрелковые позиции можно в соседних кварталах отыскать. Вот вы их и проверите. Старшим в группе будет кадр из окрестной сыскной части — вроде из наших, но ты всё же к нему присмотрись. Потом доложишь, что и как.

Первым делом мы спустились в подвал. Тот вполне мог использоваться в качестве бомбоубежища, сейчас там обустроили госпиталь и, поскольку вентиляция оставляла желать лучшего, запах внизу стоял не из приятных. Меня передёрнуло, Иван и вовсе поначалу носом в воротник пальто уткнулся.

— Сюда! — направил он меня в один из каменных мешков, где разместили оружейку.

У входа там нёс службу караульный с забинтованной головой, нам он препятствовать не стал. Иван Богомол протянул пожилому чиновнику, надевшему дворницкий фартук поверх обычного костюма, синевший оттиском круглой печати квиток и объявил:

— По второму классу!

Дядька развернулся к свисавшей на проводе слабосильной лампочке и подслеповато сощурился, потом ткнул носком ботинка ящик с завёрнутыми в промасленную бумагу ТТ и сказал:

— Пистолет в комплекте с магазином — одна штука. Запасных магазинов — две штуки. Коробка патронов — одна штука. Кобур нет никаких. Документы!

Я протянул паспорт, а вот с подбором оружия спешить не стал, огляделся по сторонам. И дело было отнюдь не опасении испачкать руки или тем паче одежду в оружейной консервационной смазке, просто вспомнилось вдруг как рванули патроны в пистолете узколицего Григория, вот и стало не по себе.

Он ведь не чета мне оператор и атакующее воздействие Климента погасил влёгкую, а оружие защитить не сумел. Сто к одному — какая-то заковыристая техника подрыва боеприпасов имеется или, как минимум, критическая уязвимость огнестрельного оружия. Остаться без пальцев мне как-то совершенно не хотелось.

И потом — оператор я или кто? Нешто так уж в пистолете нуждаюсь?

Но — да, нуждался. ТТ — это хорошее подспорье в скоротечных схватках, отличное просто. Не дело от него отказываться. Вот только риск…

— Ну что ещё? — возмутился оружейник. — Пистолет выбирай, номер нужно в журнал внести!

Я проигнорировал его недовольный тон и кивком указал на стол, сплошь заваленный разнообразными револьверами.

— А это какой класс?

— Армейские ежели, то третий, но они в ящиках, а это барахло… — Дядька презрительно сморщился, — барахло и есть. Классификации не поддаются. Что реквизировали у граждан, а что у всякой швали изъяли.

— Возьму два в обмен на ТТ? — предложил я, внимательно изучая револьверы.

Оружейник на миг задумался, потом махнул рукой.

— Валяй!

А вот Ивана Богомола такое моё предложение изрядно озадачило.

— Петь, ты уверен?

— Потом объясню, — отмахнулся я, выбрал курносый пятизарядный «Бульдог», отодвинул дверцу, провернул барабан и проверил ударно-спусковой механизм, после взвесил оружие в руке, немного ещё поколебался и всё же выложил его на стол.

— Неплохой вариант, — отметил дядька, записывая в амбарную книгу выбитый на воронёной рамке номер. — Произведён в Белгау, а тамошние фабрики айлийским ничем не уступают!