— А что — пленные не нужны разве?

Боевик презрительно фыркнул и распорядился:

— Крот, разберись!

Один из мужиков с трёхлинейкой выпрыгнул из кузова, и я отпустил Антона, легонько подтолкнул его ладонью в спину.

— Иди давай!

Наш бывший сослуживец на подгибающихся ногах двинулся к тёмному зеву подворотни, следом зашагал боец с винтовкой — судя по характерному хвату, тратить на пленного патроны он не собирался и приготовился всадить тому под лопатку игольчатый штык. Кряжистый боевик вознамерился подстраховать его и проследить за казнью, вот и отвлёкся от меня, повернулся спиной.

Напрасно.

— Кто ваш профессор? — спросил у Василя с Машей худощавый оператор и тут же крикнул: — Эй, чего там ещё?!

А это перепуганный до полусмерти Антон потянул в себя сверхсилу и ожидаемо переборщил с мощностью, чем породил весьма интенсивное энергетическое возмущение. Кряжистый оператор уловил его на секунду позже напарника и сделать уже ничего не успел, я вмиг очутился за его спиной и вколотил под рёбра левый кулак. Метил в центральный силовой узел, ещё и сопроводил удар резким воздействием, но, памятуя о фиаско с Михеем, исключительно на спазм энергетических каналов уповать не стал, и добавил правой чуть ниже мощного загривка жертвы. Ускорил движение сверхсилой и задействовал технику закрытой руки, костяшки шибанули почище кузнечного молота, враз перебив позвонки.

И правильно сделал, что перестраховался: боевик оказался живуч до чрезвычайности — уже будучи смертельно раненым, он успел вскинуть руку и обратиться к сверхсиле. Мог бы и прихлопнуть Антона, а так упустил контроль над потенциалом, его кисть вскипела и разлетелась кровавым облачком, поток неструктурированной энергии вырвался вовне и шибанул в стену дома. Кладка вогнулась стенкой мыльного пузыря, а потом лопнула кирпичным крошевом и снесла внутренние перегородки. Здание едва ли не подпрыгнуло!

Выплеснулись наружу водопадом осколков стёкла, а следом позади меня что-то сверкнуло и оглушительно хлопнуло, мимо промелькнул ослепительный росчерк шаровой молнии. Сгусток плазмы угодил в спину монархиста с винтовкой и прошил его насквозь, оставив обугленную дыру, в которую запросто мог пройти средних размеров кулак.

Мужика сбило с ног, а я ухватил обеими руками голову упавшего на колени боевика, поднатужился и свернул её, лишь после этого обернулся и окинул взглядом разразившееся побоище. Второй оператор валялся на земле, кабина грузовика лишилась остекления и была забрызгана изнутри кровью, а парочка монархистов невесть куда пропала из кузова, там что-то дымило.

И — броневик!

Я на миг опередил Василя, первым подскочил к бронированному автомобилю и обеими ладонями хлопнул по его борту, сжёг разом весь накопленный потенциал.

Жахнуло!

Перепад давления заставил распахнуться дверцу, Василь сунулся внутрь и вытянул наружу оглушённого водителя в шинели с нашивками столичного полицейского управления, я же выдернул из кармана револьвер и нацелил его на попятившегося было в темноту Антона, который уже избавился от стягивавшего запястья ремня.

— Ну-ка замер!

— Отвалите, черти!

— Дурак! — ругнулся на него Василь, вытаскивая из броневика теперь уже наводчика пулемёта. — Да ты без нас и пяти минут не проживёшь! Тут кругом монархисты!

Антон оскалился.

— Так хоть какие-то шансы будут! А с вами — без вариантов! Сами к стенке и поставите!

Наш бывший сослуживец к этому моменту уже успел набрать потенциал, и я большим пальцем взвёл тугой курок.

— Да пусть проваливает! — взвизгнула Маша. — Надо уходить!

Антон сделал ещё один небольшой шажок назад и вдруг споткнулся обо что-то, едва не упав. Он оглянулся и вновь попятился, на этот раз уже к нам.

— Там… там…

Мы с Василем вмиг оказались рядом, и неровное сияние шаровой молнии осветило глухой закуток, в котором обнаружилось полтора десятка покойников — кто в синих шинелях ВОХР, кто просто в штатском.

— Те двое с нашего дома, — присмотревшись, решил Василь. — Один из канцелярии, другой в иностранном департаменте служил.

Я выругался, снял револьвер с боевого взвода и сунул его в карман пальто.

— Их сюда со всей округи сводили! Надо рвать когти, пока ещё кого-нибудь не принесло!

— Мальчики! — жалобно позвала нас Маша Медник. — Ну вы там чего?!

Василь уставился на побледневшего как полотно Антона и ткнул его пальцем в грудь.

— Хочешь — вали на все четыре стороны! Только сам видишь, что в городе творится. Сейчас вместе держаться надо!

— А…

— Да забудь уже про трибунал! — отмахнулся я. — Сдался ты нам сто лет! Скажем, случайно встретились! Так, Василь?