— Слышь, ты, — склонился Богдан над ним. — Это моя жена.

— Я откуда знал… Она не сказала, что замужем.

— Заткнись, — рыкнул Богдан. — Ещё раз подойдёшь к ней — тебя потом никакие полицейские собаки не найдут.

— А ты, — вдруг резко он обернулся на меня, я попала в поле зрения его глаз и снова испытала холод по коже. — Ты пока что моя жена. Смотри сюда. — Он указал на Андрея, который всё никак не мог очухаться после ударов Богдана и уж тем более не мог встать на ноги. — Так будет со всеми, кто к тебе приблизится. Поняла меня?

— Богдан, поехали домой, — висла на его руке опять Анфиса.

— Ему нужен врач, — сказала я, глядя на Андрея. Вдруг ему Богдан что-нибудь сломал?

— Да сам выкарабкается, — отмахнулась бывшая подруга. — Поехали, Богдан.

Он молча вынул телефон из кармана джинсов и вызвал бригаду для осмотра. — Скоро будут, — отчитался он мне. — Поехали.

Богдан вытирал кровь с губы и смотрел на меня так… Словно видел впервые. Изучал.

— Куда? — я даже опешила от такой резкости и наглости почти уже бывшего супруга.

— Отвезу тебя домой.

— Спасибо, я еще не ухожу.

— Уходишь, — заявил он и бесцеремонно вцепился в меня рукой, в предплечье, и потянул за собой. — За мной. Скомандовал он и Анфиске, но она словно лишняя бежала за нами, цепляясь носком туфель за кафель.

— Тебя никто не учил, Надежда, что с незнакомыми мужиками в кабаках лучше не танцевать? — говорил он мне, упорно таща меня в гардероб одеваться.

Я молчала. Ладно, мне действительно стоит уехать отсюда.

Мне этот поход, закончившийся скандалом и дракой возле туалета, тоже не понравился. Я оденусь, вызову такси и уеду. Карине позвоню уже из такси.

— Отцепись! — пихнула я его в бок. — Я поеду домой.

Богдан выпустил меня, но гнал нас обеих вперёд словно пастух двух козочек.

Зато Анфиса выступила.

— Богдан, пойдем отсюда быстрее. Оставь ты ее в покое. Вдруг кто-то из его компании к нам придёт! Пусть она сама с ними разбирается!

— Анфиса! Рот закрой и одевайся.

Как грубо. Я изогнула бровь, оценивая обращение моего мужа с новой возлюбленной и натягивая на себя шубку.

— Бодя!

Я скривилась, услышав уменьшительное прозвище, которое Богдан терпеть не мог.

— Надя, долго тебя ещё ждать? — спросил он меня, закончив одеваться первым.

— Я сама доеду. На такси.

— Ты поедешь со мной, — настаивал муж. — Я не пил, я за рулём и отвезу тебя.

— А кто ты такой, чтобы что-то мне теперь указывать? Я сказала, что поеду на такси. Вон, — кивнула я головой в сторону Анфисы. — У тебя есть кем командовать, вперед и с песней. Развлекайся от души. А мне ты теперь приказывать права не имеешь.

— Ну-ка иди сюда, — схватил он меня за плечи и развернул к себе.

Я смотрела в карие глаза мужа, а он смотрел на меня. Анфиска топталась рядом, но Богдану словно было на неё плевать.

Он говорил только со мной.

— Послушай меня, — заставил он смотреть ему в лицо, крепко сжав мои плечи. — Сейчас лучше поехать домой. Подружки твои не защитят тебя от пьяных мужиков, которых еще целая толпа тут осталась. Ты серьёзно хочешь пойти туда и найти себе ещё приключений? Я просто отвезу тебя домой, ничего такого. Мне так будет спокойнее.

Я была с ним согласна, безусловно. Но ехать с ним, да еще в одной машине с Анфисой, не была готова.

— А мне — не спокойнее! Видеть тебя противно!

Я с силой дернулась, пытаясь освободиться, но только сильнее увязла, буквально упав в объятия бывшего. Почувствовала, как между нами словно электрические разряды проскочили. Меня жаром опалило. Только ничего приятного в этом не было, наоборот, злость накатила еще сильнее.

На его силу, на крепкие мышцы, руки, ласки которых я так любила, его аромат, который с ума сводил, голову дурманил. Теперь это всё было не моё, чужое! Он меня предал, растоптал и еще имеет наглость что-то там указывать?

— Пошёл ты, Кантемиров, знаешь куда? Подстилку свою строй! А меня не смей трогать!

Я со всей силы толкнула его в грудь, и он выпустил меня. Но не потому что я толкала его, а потому что за его спиной раздалось:

— Богдан! Что у вас тут происходит?

Ренат! Я не задумывалась как он тут оказался, понимала, что Карина могла сказать Святу куда мы идём, а он передал это своему другу. А может, и сам Ренат с Кариной связался. Не важно! Он стал моим спасением. Я не сдерживая порыва бросилась к нему в объятия. Как же он вовремя, уму непостижимо…