— Так вот почему ты хотела сесть здесь? — спросил Дженси.

— Вроде того. Возможно, я также борюсь с желанием вылить свой обед кому-нибудь на голову.

— Стине? — предположил Дженси, и в его голосе появилось немного его обычной энергии. — Извини, ты не обязана мне говорить. Я только что видел, как она умчалась… почти уверен, что все бы этого захотели.

— Отлично, — проворчала Софи, раскладывая листья по тарелке. — Но, честно говоря, я вроде как привыкла к Стине. На данный момент, думаю, что была бы более взволнована, если бы она действительно сказала мне что-нибудь приятное.

Дженси рассмеялся.

— Да, это было бы довольно странно. — Он еще несколько раз потыкал свой обед, прежде чем спросил: — Так… значит, ты злишься на Фитца?

Софи вздохнула, желая, чтобы ее грудь не была такой напряженной и покалывающей.

— Давай просто скажем, что я с ужасом жду своего следующего урока.

На самом деле, «ужас» было недостаточно сильным словом.

Она скорее выпила бы гигантский стакан слюны импа, чем потратила бы три часа на обучение телепатии один на один с мистером Фитцфи-Не-Вещь.

На самом деле, у нее возникло искушение вместо этого отправиться в Центр исцеления.

Никто не стал бы сомневаться в этом… и Элвин, вероятно, позволил бы ей остаться там до конца учебного дня.

В конце концов, она была его самой частой пациенткой.

— Ну… если это поможет, — тихо сказал Дженси, — я тоже боюсь своего следующего урока.

— Какой у тебя следующий урок? — спросила Софи.

Он проделал огромную дыру в тестовом шарике, прежде чем пробормотать:

— Обнаружение способностей.

— С чего бы это…?

Голос Софи затих, когда она ответила на свой собственный вопрос… и она едва удержалась, чтобы не выпалить: «Ты не проявился?»

— Ты можешь сказать это, — пробормотал Дженси. — Я знаю, что, вероятно, мне следует начать бросать на этом этапе.

— Это не то, что я собиралась сказать, — заверила его Софи.

— Да, хорошо… все так думают. Держу пари, я буду там единственным на четвертом уровне.

— Не может быть, чтобы это было правдой.

— Это может быть. — Его слова снова набрали скорость. — Все, о ком я могу думать, уже проявились… но даже если осталось еще несколько отчаянных учеников четвертого уровня, мы в значительной степени на пределе. Я не думаю, что когда-либо слышал о том, чтобы кто-то проявлялся на Пятом уровне.

— Это не значит, что этого не произойдет, — напомнила ему Софи. — Кроме того, мы еще даже не прошли промежуточные экзамены по четвертому уровню.

— Да, но это потому, что в Ложносвете был перерыв на некоторое время. Теперь они продлевают наши занятия, чтобы наверстать упущенное время… и я почти уверен, что они собираются пропустить весь промежуточный перерыв… так что у меня осталось всего несколько месяцев.

— Ладно… но… многое может произойти за несколько месяцев. Я имею в виду, подумай о том, сколько всего происходило, когда мы были на третьем уровне. — Она начала отсчитывать что-то на пальцах. — Я нашла Силвени прямо перед началом занятий, а потом Невидимки пытались украсть ее кучу раз. Разум Олдена также был разрушен, и мне пришлось восстанавливать свои способности, чтобы я могла исцелить его. Затем Совет приказал мне исцелить разум Финтана, и тот убил Кенрика и сжег дотла половину Этерналии. Итак, Совет попытался заставить меня носить эту ужасную штуку, ограничивающую способности, и Дексу пришлось бросить ее в огонь, чтобы мы могли сражаться с Невидимками на горе Эверест. А потом группу из нас изгнали, и нам пришлось жить с Черным Лебедем. Потом огры развязали гномью чуму, и нам пришлось пробираться в Равагог. И Киф убежал, чтобы проникнуть к Невидимкам, и едва выбрался оттуда, прежде чем они уничтожили Люменарию. — Она нахмурилась. — Вау, неужели все это действительно было только за один учебный год? Неудивительно, что нам казалось, что мы навсегда остались на третьем уровне! Но думаю, что отвлекаюсь. Я хочу сказать, что знаю, что время здесь может казаться как удручающе медленным, так и слишком быстрым. Но все может измениться в одночасье. Особенно, когда дело доходит до проявления, поскольку это такая вещь, когда однажды, ни с того ни с сего, ты просто такой: «Ого, посмотри, что я теперь могу сделать!»

— Наверное. — Дженси отодвинул обед в сторону. — Но мне начинает казаться, что этого никогда не произойдет… и я клянусь, в этом нет никакого смысла! Мои родители были лучшей парой, так что мне должно быть гарантировано получение способности… вот для чего нужен подбор пары! И это сработало с моим братом… он — Фазер. Но пока… ничего! Тем временем все мои друзья проявились… я, серьезно, единственный, кто нет… и все они начинают смотреть на меня так: «Что с тобой не так?» Вот почему я сижу здесь… на случай, если тебе интересно. Мысль о том, что я буду слушать, как они все время твердят о своих способностях, в то время как мне приходится страдать в течение трех часов, когда меня проверяют на предмет чего-то… и мои наставники грустно качают головой, когда это не работает, вызвало у меня желание спрятаться в шкафчике для физкультуры до конца дня. Я все еще испытываю искушение… там очень просторно.

— Это так, — согласилась Софи.

Их раздевалки для физкультуры больше походили на частные раздевалки.

Но она ненавидела то, что Дженси чувствовал, что ему нужно спрятаться.

— Никто из моих друзей даже не взглянул сюда с тех пор, как я сел, — тихо добавил он. — Думаю, они испытывают облегчение от того, что им не нужно сидеть со мной… и знаешь, что самое худшее? Они даже не крутые! Я продолжаю говорить им, что им нужно завязать с хвостиками, но слушают ли они? Нет. И они тратят примерно половину каждого обеда, пуская слюнявые пузыри.

Софи не смогла удержаться от смеха.

— Ну что ж… как бы то ни было, я рада, что мне удалось посидеть с тобой… и надеюсь, что мы сможем сделать это снова.

— Ты не думаешь, что вернешься к своим друзьям?

— Я… понятия не имею. — Она не была уверена, как долго ей удастся избегать их, прежде чем разразится серьезная драма. — Но даже если это так, ты можешь сесть с нами… ты же знаешь это?

Он снова пожал плечами, это заставило ее понять, что на самом деле она не знает, почему Дженси вернулся к своей старой группе.