Ее вьющиеся каштановые волосы выглядели особенно дико, а в зеленых глазах была крошечная морщинка от напряжения… но это была она.

Единственный человек из человеческой жизни Софи, который помнил ее, благодаря особой договоренности с Советом.

— Софи? — спросила Эми. — Извини, я была с мамой, поэтому мне потребовалась секунда, чтобы найти место, где я могла бы поговорить.

Мама.

У Софи были такие сложные отношения с этим словом.

Иногда она использовала его для Эделайн… но не очень часто. Вероятно, потому, что она использовала его для своей человеческой матери в течение двенадцати лет, прежде чем ее существование было навсегда стерто.

Или, может быть, это было из-за генетической матери, о которой она очень старалась не думать.

— Как… поживает твоя мама? — спросила Софи, немного запинаясь, когда добавила «твоя» к вопросу. По какой-то причине ей казалось, что она должна начать проводить это различие.

Если Эми и заметила перемену, то не подала виду.

— С ней все хорошо… хотя сегодня она заставила меня пройтись с ней по магазинам, и клянусь, если она подойдет ко мне с еще одним безвкусным платьем и скажет, как красиво я в нем буду выглядеть, я забаррикадируюсь в этой примерочной навсегда! Не волнуйся, здесь больше никого нет. Почти уверена, что на самом деле никто не делает покупки в этом магазине. Я имею в виду, посмотри на эти вещи!

Она повернула свой монитор к стене, увешанной, по меньшей мере, дюжиной слишком ярких платьев в цветочек, за что Софи была невероятно благодарна своим туникам и леггинсам.

— Почему ты ходишь по магазинам за платьями? — спросила она.

Ро откашлялась.

— Мы можем отложить сеанс сближения сестер на другой раз?

— Кто это? — Эми вытянула шею, пытаясь заглянуть за спину Софи. — Вау… что это за штука?

— Эм, ты только что как-то меня назвала? — огрызнулась Ро.

Эми прикрыла рот рукой.

— Извини! Человеческая ошибка! Я просто никогда не видела… эм…

— Принцессу огров, — закончила за нее Ро, проведя одним из своих кроваво-красных когтей по татуировкам на ее лбу. — А также самого смертоносного воина, которого ты когда-либо встречала.

Где-то в конце коридора Сандор фыркнул.

— Ро — телохранитель Кифа, — объяснила Софи, что напомнило ей, почему они вели этот разговор. — Он там? Нам действительно нужно с ним поговорить.

— Киф? — повторила Эми, ее губы изогнулись в усмешке. — Он тот супер-крутой блондин, для которого ты покупала печенье, верно? Тот, кто продолжал пристально смотреть на тебя, когда я встретила его, как будто ты была единственным человеком, который имел для него значение во всей вселенной?

Кто-то кашлянул у двери.

Вероятно, это был Грэйди, может быть, и Эделайн тоже, но Софи решила, что предпочла бы не знать, кто подслушивал.

— Он не смотрит на меня так, — сказала она, надеясь, что ее щеки не слишком сильно покраснели.

Не помогло и то, что Ро продолжала хихикать рядом с ней.

Софи откашлялась.

— В любом случае… да, это Киф. Мне нужно знать, там ли он… даже если он просил тебя не говорить мне.

Эми покачала головой.

— Прости. Я его не видела.

— Ты уверена?

— Ага! Единственные парни в этом торговом центре, которым около ста лет — или самые большие ботаники на свете — что, кстати, очень удручает. Клянусь, ты понятия не имеешь, как тебе повезло, что ты все время находишься рядом с таким количеством великолепных парней. Я не понимаю, почему ты ни с кем из них не встречаешься… или встречаешься?

— Она пыталась с Фитци, — ответила за нее Ро. — Но потом поняла, что он слишком скучный, и они расстались.

— Этого не было! — поспорила Софи… из-за еще большего количества кашля, доносившегося из дверного проема. — На самом деле мы не встречались. Мы просто вроде как… нравились друг другу… открыто. Но потом все стало очень сложно, поэтому мы решили сосредоточиться на том, чтобы быть друзьями.

Она не потрудилась объяснить, что отсутствие генетических родителей в регистрационном файле делает ее неподходящей… или что Фитц пытался не позволять этому волновать его, но это явно беспокоило.

— Почему мы говорим об этом? — спросила Софи, борясь с желанием потереть грудь, где ее сердце, казалось, царапало и кололо легкие. Она продолжала пытаться «пережить» то, что произошло. Иногда ей даже казалось, что да. Но на сердце по-прежнему становилось тяжело каждый раз, когда она думала об этом.

— Потому что забавно наблюдать, как ты краснеешь и суетишься! — сказала ей Эми.

— Плюс, есть шанс, что наш мальчик где-то поблизости, слушает этот разговор, — добавила Ро, прежде чем повысить голос до крика. — Слышишь это, Офигенноволосый? Тащи свою чересчур драматичную задницу обратно сюда! Твоя девушка одинока… и Великое Забвение Родителей Фостер закончилось! Это то, чего ты так долго ждал!

— Офигенноволосый? — спросила Эми, приподняв одну бровь, когда Софи собралась закутаться в свои одеяла. — Великое Забвение Фостер?