– Нирмала, моя старая знакомая, – недовольно процедил Чернов, смотря на меня с прищуром. – Учились вместе в университете. А это Виолетта Минина, моя коллега, – обратился уже к девушке, даря ей одну из своих фирменных улыбок.

Скалился ей будто перед ним Нефертити, не меньше…

Кобелиная сущность! Только заметил на горизонте привлекательную самку, так тут же мозги в штаны уплыли…

И почему меня этот факт так задел? Смотря на этих голубков внутри меня зародилось желание – убивать. В частности, длинноногих девиц, что жадно пялились на Чернова.

– Рада знакомству, – приветливо улыбнулась мне брюнетка. – Надеюсь сработаемся.

Пф, я бы не была так оптимистически настроена…

Через пару минут ее пятки должны засверкать в даль дальнюю, или я не Минина!

– Поживем-увидим, – натянула на себя приторную улыбку, оплетая руку Ветрова, который догнал меня и присоединился к нашей троице.

– Для начала проведу вам ликбез относительно этого праздника, – будто не замечая мое вражеского к ней настроя, деловито проговорила Нирмала. – Сегодня фестиваль Манене, который случается на острове раза в три года. Не знаю, как вам это удалось, но вы воистину счастливчики, раз находитесь сегодня здесь. Не каждому удается принять участие в этом празднестве, – на чистом русском говорила она. – Этот фестиваль по-другому еще называю пляски с костями. Местные жители откапывают свои родственников ушедших в мир иной. Проводят церемонию “очищения тел” и относят их к себе в дом.

– Вот дермо, – не сдержалась я, поморщившись. – Думала они с куклами забавляются.

– Нет. Все действо происходит с настоящими усопшими. Понимаю, что для вас это за гранью понимания, но это действительно так, и для жителей острова – это обыденность, как у вас в храм сходить.

– Мы в норме, – ответил Марс, явно имея ввиду только себя любимого.

Меня же от одного взгляда по сторонам начинало колотить, а к горлу тошнота подкатывала.

– Не отходите от меня ни на шаг, – деловито добавила она, кого-то ища глазами. – Сукафо с женой идут к склепу, следуйте за мной.

Нирмала направилась к скале-усыпальнице, и нам ничто не оставалось, как последовать ее примеру.

Ладно! Пусть пока живет, стала убеждать саму себя я, понимая, что ее знания нам сейчас очень пригодятся.

Работа! Это работа… Все остальное после.

– Черт, для чего они все это делают? – прошипела я. – Это там мерзко…

– Индонезийцы не верят, что умершие покидают их навсегда, – ответила мне Нирмала. – Считаю будто они либо спят или болеют. Могут слышать и чувствовать. Прежде чем поместить умершего в склеп, он может находится в доме рядом с живыми несколько лет.

– Твою ж… – наконец не выдержал Ветров. – Нам их точно не понять…

– Подождите меня тут, – попросила нас девушка. – Мне нужно взять из машины тау-тау.

– Чего? – тут же спросила ее.

– Это деревянная кукла. Аналог вашей фотографии на памятниках, – объяснила она. – Такие куклы стоят очень дорого, и жители не жалеют на них денег, но случается так, что их нет и я стараюсь помочь.

Через несколько минут Нирмала вернулась, держа в руках деревянную куклу, похожую на маленького ребенка. – Сукафо и его жена потеряли своего первенца в годовалом возрасте. Семья бедная, а такая кукла бы им обошлась в тысячу долларов, но я сделала ее бесплатно. Ее установят у склепа.

Женщина, заметив Нирмалу, тут же подошла к ней и со слезами на глазах приняла из ее рук куклу.

Несколько минут они о чем-то беседовали, а потом направились к склепу, где покоился их ребенок.

– Я не стану на это смотреть, – сказала я мужчинам, когда Сукафо и его жена стали вскрывать усыпальницу. – Не могу.

– Отвлекись, – пытался подбодрить меня Макар. – Посмотри по сторонам.

Если бы только это могло помочь. Кругом, куда ни глянь, творилось тоже самое.

Местные жители проводили, как выразилась Нирмала, ритуалы очищения тел. То еще зрелище. И ладно бы только ограничивалось этим, так люди, после очищающих процедур с улыбками на лицах, фотографировались с этими родственниками для семейного портрета.

– Дикость, – едва не лишаясь чувств, спрятала лицо на груди у Ветрова. – Как теперь это развидеть?

– Если не анализировать, и не вникать во все подробности, то вполне сносно… отряхивают, причесываю, меняют одежду… все не так страшно. Вип-туристы будут в восторге принять участие в подобном. Экстрим-тур для тех, кто хочет пощекотать себе нервы.

– Просто заткнись, – прошипела, сглатывая тошноту. – Потом все обсудим.

Ветров издал смешок и больше не обронил ни слова. Я же, вообще больше не желала ничего видеть и слышать. Все, чего хотелось, так это как можно быстрее оказаться на вилле, но фестиваль даже еще не начался…

Через какое-то время все местные жители торжественной процессией двинулись в сторону деревни. Несмотря на то что в этом шествии принимали участие усопшие, все выглядело пышно и красочно. Люди были облачены в нарядную одежду, распевали песни с улыбками на лицах. Пронося мумии родственников под руки, кланялись таким же зрителям, как и я со своими спутниками.

Празднество продолжалось до самой ночи, но меня и мужчин хватило только до вечера. Ничего значимого больше не происходило, а смотреть как местные без конца фотографируются с покойниками у нас не было никакого желания, поэтому мы решили вернуться обратно на виллу.