– Я помогу тебе, – склонившись над столом, шепнула заговорческим голосом. – Излечим твою фобию. Вернешься на Родину полноценным. Обещаю.

– Минина, не беси меня, – рыкнул он в ответ. – Идем, нам до темна нужно осмотреть тут все.

– Беги-беги…– крикнула ему вдогонку, наблюдая за тем, как быстро он сорвался с места. – Женишься, как миленький.

Облазив все ближайшие места для отдыха, мы с Черновым разузнали что недалеко от побережья имеется одно дивное местечко, которое бы могло заинтересовать искушенных туристов.

– Тарзанка? – крикнула, едва поспевая за Марсом и мужчиной, который согласился нам его показать. – Ты серьезно?

– А что? – хмыкнул он. – Райское место плюс экстрим, по-моему, отличное предложение.

Отличное – это конечно здорово, но при одной мысли, что Чернову захочется опробовать его на себе, волосы зашевелились на затылке.

– Может не надо? – пискнула я, когда оказалась на краю у много метрового обрыва, куда прыгают смельчаки или те, кому хотелось пощекотать себе нервы. – Ну что ты придумал? Пусть этот прыгает, а мы отсюда посмотрим, – кивнула на мужчину, который держал в руках подготовленное снаряжение для всей этой развлекухи.

– Не паникуй, это же интересно, – с диким восторгом и предвкушением смеялся мой ненормальный спутник.

– Не уверена. Марс, давай ты не будешь этого делать. С Макаром посоветуемся, – стала переубеждать его, реально начиная за него переживать.

Даже сердце ёкнуло, от одной мысли, что он может что-нибудь себе повредить.

– Не буду, – наконец услышала то, чего так желала. – Ты права.

– Вот и славно, – выдохнула, потирая покрывшийся испариной лоб.

– Мы, будем! – продолжил он, резко натянув на мою голову шлем. – Эти прыжки парные. Для новобрачных.

– Что? Нет… нееет, Чернов, пусти, – стала сопротивляться. – Никогда в жизни. Нет!

Мою панику укротили крепкие мужские объятия и яростный поцелуй, с которым Марс накинулся на мои губы.

Грязно играл, но мне нравилось. Вот же зараза! Знал, как усмирить и заставить мысли покинуть мою голову.

– Ты! – выдавила из себя, когда была способна это сделать. – Не смей…Даже не думай… – крикнула, наблюдая на его лице ухмылку.

– Да, детка! Ты это сделаешь, иначе я выкину что-нибудь поинтереснее, при всех этих людях, – кивнул на любопытных туристов, которые улыбались и не отрываясь смотрели в нашу сторону.

Они явно считали нас молодоженами, решившими совершить свой совместный прыжок, во имя любви. Но мы то ими не были! Чёртов Чернов!

– Нееет! – снова пискнула, тряся головой из стороны в сторону. – Не буду я прыгать с тарзанки! У меня клаустрофоообия, – взвыла, чувствуя свое сердце, которое как бешеное рвалось из груди.

– Виолетта, клаустрофобия – это боязнь замкнутого пространства. Где ты бл..дь видишь это замкнутое пространство? – пока я была в оцепенении, шипел сквозь зубы мой деспот, и быстро натягивал на меня снаряжение.

– В гробу! В гробу сука, очень замкнутое… – ревела я, смотря на край обрыва и веревки.

– Тихо… – улыбаясь прошептал он, ласково. – Смотри на меня, маленькая, – коснулся моего лица.

– Вдох-выдох. Вот так…. – обхватив мое лицо ладонями, смотрел в глаза, заставляя делать тоже самое.

– А теперь обними меня очень крепко, – тем же спокойным, но убедительным тоном добавил он. – И думай о том, как очень скоро тебе будет очень хорошо и свободно…

– Денек выдался такой, будто Колдуна нах..й послала. Но, это было классно! – тяжело дыша сказала я Марсу, который губами ласкал мою шею.

–Ты сейчас имеешь ввиду наш секс или полет с тарзанки? – усмехнулся он, нехотя отрываясь от меня.

– И то и другое, – коротко поцеловав в губы, посмотрела в его черные глаза. – Умеешь ты, Чернов, удивлять.

– Толи еще будет, детка, – ухмыльнулся, поправляя мои взъерошенные волосы.

– Нет, Марс, вот давай дальше обойдемся без сюрпризов. Я больше не вынесу, – простонала, содрогаясь от воспоминаний о том безумном прыжке, что совершили совсем недавно.

– Куда ты денешься, – засмеялся он, натягивая на себя майку, которую в порыве страсти мы едва не порвали. – Вставай, темнеет. Ветров нас наверно обыскался.

Протянув мне руку, помог подняться с травы, которую мы изрядно вытоптали, в погоне за удовольствием.

Ну вот как у него это получалось? Вначале столкнуть меня в самую бездонную пропасть, а потом вознести от наслаждения к небесам?

Крича и молясь в полете, мечтала только о двух желаниях: чтобы выжить и убить Чернова. Но этот гад, едва мы почувствовали под ногами опору, утащил меня в густые заросли и заставил уже кричать от удовольствия.