— Надо бы пошуршать в городке, чтобы никаких следов, — после паузы, выслушав ответы, произнёс Саня. — Какая там была фактология? Команда пробовала на разных отрезках, — он попытался перейти на шёпот, что при таком звонком голосе удавалось плохо. — Груз на месте. Угу. Тогда жду.

Рука Алексея замерла с бритвой. Слово «груз» излишне хорошо ложился на имеющуюся «фактологию», как выразился добровольный помощник. Муторное, гнилое предчувствие заворочалось в груди, пустив дорожку холода по спине. Следом принесло лихорадочное:

«В одном купе… Совпадение? Откуда такая готовность помочь? Следил с первой минуты в поезде?»

— И долго ты будешь полоскаться в умывальнике? — Сашка стоял в дверном проёме и едва сдерживал смех. — Видел бы ты себя сейчас!

Вздрогнув, Алексей проигнорировал бесшумное вторжение, смолчал, затаив сомнения. Впредь будет внимательнее. А сосед по номеру улыбался счастливо и беззаботно, но смотрел в зеркало из-за спины знакомого вдумчиво, цепко. Даже через отражение сумев поймать взгляд Алексея.

— Решённое дело — половина дела! — он сделал шаг назад, углубился в комнату, засовывая телефон в задний карман джинсов. — Как же не просто с этими продажниками! Пока договоришься, весь товар потеряешь. Ничего, скоро напарник приедет, разберёмся. А ты кем работаешь?

Сашка говорил быстро, легко выстреливая словами, точно и не было только что напряжённой паузы. У Алексея отлегло от сердца. Вот при чём тут груз! Обычное торговое дело. Разговор по телефону уложился в предложенную канву и перестал смущать.

— Историк, — коротко ответил Алексей, освобождая ванную. — Ассистент на кафедре и пишу кандидатскую.

— Учёный, — с видимым уважением протянул новый знакомый. — А чего в захолустье это занесло?

— Как раз из-за кандидатской. Малые города России. Их история, — Алексей не стал вдаваться в подробности.

— Уж без историй тут никуда, — Сашка огляделся, видимо, прикидывая, что взять с собой. — Будешь сегодня снова пытаться навязаться родственничкам? — прищурившись, он по-доброму усмехнулся.

Стоило немного поговорить, как все подозрения Алексея развеялись. Перед ним стоял парень, прибывший в городок по своим делам, активный и, может быть, излишне напористый, но ничего странного в этом не было. Окончательно оценив собеседника, Алексей выкинул из головы подслушанный разговор по телефону. В конце концов, у него и другие заботы есть.

— Не решил, — продолжив сборы, бросил молодой историк.

Он лавировал возле кровати, постоянно натыкаясь на дедов чемодан.

— Так и будешь таскаться по городу со своим грузом? — Сашка был настойчив, да и поклажа не позволяла забыть о себе, мозоля глаза.

— Мне пора заняться делом, но прежде, выполнить обещание, которое я дал деду. Передам чемодан и буду свободен.

Алексей ответил спокойно, но пресловутое слово «груз» снова всколыхнуло тревогой, потянув на зыбкую почву опасений. Тотчас он попытался вести себя естественно, избегая внимательного взгляда Сашки, а сам следил за выражением его лица, когда разговор касался чемодана.

Вероятно, и новый знакомый отлично владел собой, потому что, кроме благодушного спокойствия, лицо не выражало других эмоций. Его интерес оставался ничего незначащей, сиюминутной мелочью в череде дел.

— Спасибо за приют, — совсем успокоившись, с улыбкой начал прощаться Алексей.

— Если тебя опять не пустят, можешь вернуться. Мы с приятелем придумаем, как тебя разместить. В номер можно поставить третью кровать.

— О, вряд ли дама за стойкой пойдёт на такие сложности.

— Она покладистая, — засмеялся Сашка. — Просто нужно знать, с какой стороны подходить.

Всё у него выходило легко и словно в шутку. Сашка хотел сказать ещё что-то, но его мобильный телефон проиграл весёлую мелодию, заставив отвлечься.

— Да? Отлично. Я приеду на вокзал.

— Я ушёл! — из коридорчика крикнул Алексей, спеша убежать из-под бдительного ока странного соседа по номеру.

Сашка высунулся в коридор и махнул на прощание рукой с таким отвлечённым и незаинтересованным видом, что окончательно успокоил Алексея. Волоча за собой поклажу, он спустился в холл, оплатил номер и окунулся в созерцание городка при дневном свете. Осень не успела зажелтить листву, но подсушила, сделала более тусклой кроны деревьев. Сам городок оставался таким же молчаливо-умоляющим, но настороженным по отношению к гостю.