Однако именно в этот момент я различил едва заметную брешь, небольшое пространство среди ровной глади линий-волн, которое проворно заполнила моя. Она цепко обвила запястье здоровенного бугая, а я без долгих размышлений рванул его на себя.

И мы погрузились в Поток. Так глубоко, как только могли. И единственной тропинкой, связывающей нас с реальностью, оказалась моя линия.

— Если ты действительно знаешь свой Путь, он поможет тебе выбраться наружу, — бросил я ему напоследок.

И вернулся обратно. Наверное, чуть быстрее, чем следовало, но времени у меня действительно не было.

Тело Быка лежало рядом с Триадой. Точнее, их можно было назвать уже Дуэтом. Я не знал, правда ли этот Сирдар сможет найти дорогу домой, или Поток в конечном итоге поглотит его сознание за милую душу. Если честно, мне не особо было интересно.

Но я чувствовал страх, который охватил нападавших. Он разлился в воздухе мерзкими сладкими духами продавщицы из дешевого продуктового магазина.

— Мы не выстоим, — произнес наставник.

Или подумал, а так как мы сейчас были связаны единым общим, мы все это сразу поняли. И именно из-за этой связи разговор не растягивался во времени, а как бы происходил одномоментно.

Наставник был опытнее и мудрее нас. И меня, и Изольды. Нечто, занявшее у меня продолжительное время, он определил почти сразу. И больше всего бесило, что он невероятно прав.

Эта короткая победа предрекла участь всего сражения. Ощетинившиеся, разозленные, испуганные, Сирдары теперь представляли наиболее опасных противников.

— Да, — только и сказала Изольда. — Но ты не увидел самого главного, Сирдар. Лабиринт открыт.

От ее слов меня пробило ударом электрического тока. Я еще не понимал, почему именно. Но чувствовал, что происходит нечто, чему противится все мое естество. А вот Плешивый из-за своего опыта понял сразу.

— Можно попробовать.

— О чем вы?

— Тебе нужно уйти в Поток так глубоко, как только сможешь. И оттуда пробраться к лабиринту. Мы будем поддерживать линию, чтобы ты вернулся. Чтобы выбрался прямо возле Лабиринта.

— Нет! — чуть ли не закричал я. — Я не оставлю…

Чуть не произнес «вас», но осекся. Потому что хотел сказать «тебя».

— Ты не оставишь. Я навсегда с тобой, что бы ты ни делал, куда бы ни шел и что бы ни задумал. Я стала частью твоей судьбы, ты подарил мне то, о чем многие мечтают всю жизнь. Смысл.

Эфемерная оболочка девушки мерцала перламутром, а реальное тело замерло, словно скульптура из воска.

— Мы пойдем вместе, — с надеждой посмотрел я на наставника. Ставя его перед сложным выбором, обрекая на смерть.

Он не ответил, лишь перевел взгляд на Изольду. И та заговорила вновь.

— Нет. Не потому что не хочу. Я просто не смогу. Глубины Потока не принимают меня. Я лишь обреку на гибель всех нас. И ты понимаешь это. Эмоции внутри тебя противятся сформированному решению, но ты сам знаешь, что это единственный способ. Подумай о Пути, о всех тех, кого ты задумал спасти.

— Или погубить, — глухо добавил я.

— Таков Путь, — сама того не зная, процитировала она слова из одного сериала Изольда. — Намного позже, когда пройдет время, когда ты будешь возвращаться в этот момент и думать, можно ли было поступить по-другому, ты поймешь, что все сделал правильно.

— Я не хочу оставлять тебя.

— Знаешь, сейчас мне кажется, что Поток — это не просто нечто бессловесное, могучее и чужое. Мы и есть Поток. Значит, что бы ни случилось, я всегда буду рядом с тобой. А теперь иди. Времени совсем нет. Когда они поймут…

— Иди, Шаби, — сказал наставник. И добавил чуть издевательски: — Для меня ты всегда останешься самым забавным Шаби, какой у меня был.

Я закрыл глаза, падая вниз. Потому что понимал, это как ныряние в холодную воду. Чем дольше думаешь, тем больше сомневаешься. И глубины Потока приняли меня, искоса глядя на тонкую путеводную нить, обвязанную вокруг запястья.

А еще я чувствовал, что происходит там. Паника. Оставшимся из Триады понадобилось немало времени, чтобы решить, как действовать. Один бросился вслед за мной, пытаясь догнать, а другой остался там, обрушивая на защищающихся всю мощь.

Я же плыл настолько быстро, насколько мог. Пытаясь не думать и не чувствовать, стараясь не стать странным Нечто, чуждым Потоку вокруг. Огромное Нечто, напоминающее акулу, настигало меня, но я знал, что успею. Здесь недалеко, совсем. Стоило лишь захотеть. Можно сказать, что линии-волны сами несли меня туда, куда было необходимо.

И вскоре я начал «всплывать». Линия Пути мерцала все тусклее, почти теряясь в глубинах Потока. А когда я стал различать едва знакомые очертания берега, наконец погасла. Я без труда нашел ее вновь, но понял, что она теперь изменилась, опять принадлежа лишь мне одному. Все закончилось.