Беспощадно карая контрреволюционные элементы, туркестанские чекисты вместе с тем в отношении рабочих и крестьян, которые, в силу малосознательности, поддались на провокации и приняли участие в контрреволюционных выступлениях, проводили совершенно иную политику, делая упор на разъяснительную работу.

В. И. Ленин неоднократно подчеркивал, что революционное насилие не является основой политики Коммунистической партии. «Прекрасная вещь революционное насилие и диктатура, если они применяются, когда следует и против кого следует», — говорил Ильич на VIII съезде партии.

Итак, государственное принуждение для большевиков не являлось самоцелью и не представлялось единственным средством, обеспечивающим успех в борьбе. Коммунистическая партия требовала, чтобы революционное насилие применялось лишь в тех единичных случаях, когда исторические условия, объективная обстановка неминуемо диктовали необходимость его применения. Во-вторых, принуждение должно применяться не вообще против всех и вся, а только против конкретных врагов Советского государства — шпионов, диверсантов, террористов, всех контрреволюционеров, активно, с оружием в руках выступавших за свержение Советской власти.

В беседе с корреспондентом газеты «Правда» Ф. Э. Дзержинский отмечал, что «ВЧК сделалась грозным символом для всех тех, кто не мог примириться с завоеваниями трудящихся, кто мечтал о воскрешения старого режима, кто готовил петлю для рабочих и крестьян. ВЧК стала на страже революции и с честью выполняла возложенную на нее трудную задачу».

Применяемые органами государственной безопасности формы и методы борьбы с происками контрреволюции разрабатывались большевистской партией, которая широко использовала в этих целях опыт борьбы со шпионами и провокаторами, накопленный ею в годы подполья.

Необходимость охраны партийных организаций от царской полиции и проникновения шпионов и провокаторов выдвигалась В. И. Лениным как одна из важнейших и ответственных задач. «Мы должны внушать рабочим, — указывал В. И. Ленин, — что убийство шпионов и провокаторов и предателей может быть, конечно, иногда безусловной необходимостью, но что крайне нежелательно, и ошибочно было бы возводить это в систему, что мы должны стремиться создать организацию, способную обезвреживать шпионов раскрытием и преследованием их. Перебить шпионов нельзя, а создать организацию, выслеживающую их и воспитывающую рабочую массу, можно и должно».

Выполняя ленинское указание о необходимости применения партийного искусства подпольных средств и способов борьбы с царской охранкой и ее агентурой, чекистские органы использовали этот опыт в своей повседневной деятельности.

Большую роль в этом сыграли кадровые большевики-подпольщики, которых партия направила на работу в органы государственной безопасности. Именно они заложили основы чекистского искусства, творчески развили его, обучили ему молодых чекистов.

Решающим условием успешной деятельности органов государственной безопасности являлось руководство ими Коммунистической партией. Партийные организации повседневно контролировали работу чекистских органов и оказывали им необходимую помощь. Еще в феврале 1919 года в «Обращении ЦК РКП(б) ко всем коммунистам — работникам Чрезвычайных комиссий» Центральный Комитет партии особо отмечал, что «ЧК созданы, существуют и работают лишь как прямые органы партии, по ее директивам и под ее контролем».

Первый руководитель советских органов государственной безопасности, выдающийся революционер, ближайший соратник В. И. Ленина — Ф. Э. Дзержинский неоднократно подчеркивал, что основным принципом деятельности этих органов является принцип партийности и непосредственное руководство ими со стороны ЦК Коммунистической партии. «ЧК должна быть органом Центрального Комитета, иначе она вредна, тогда она выродится в охранку или в орган контрреволюции», — постоянно говорил Ф. Э. Дзержинский.

В. И. Ленин не допускал малейшего уклонения органов государственной безопасности от контроля со стороны партии и правительства. В. И. Ленин решительно пресекал любые, даже самые незначительные, попытки отдельных работников ВЧК, пытавшихся поставить себя вне контроля партии, мотивируя это необходимостью обеспечения условий для успешного расследования дела.

В начале декабря 1918 года для рассмотрения вопросов, связанных с деятельностью ВЧК, была создана специальная комиссия Совета Рабоче-Крестьянской Обороны под председательством В. И. Ленина. Внесенные В. И. Лениным на рассмотрение комиссии предложения являют собой еще один пример неустанной заботы вождя пролетарской революции об усилении партийного контроля за деятельностью органов государственной безопасности.

На всех этапах развития Советского государства Коммунистическая партия принимала необходимые меры по установлению правильных взаимоотношений и тесного взаимодействия органов государственной безопасности с партийными, советскими и общественными организациями, что имело исключительно важное значение для предохранения чекистских органов от замкнутости, профессиональной кастовости, оторванности от широких масс трудящихся.

Строительство и вся текущая деятельность органов государственной безопасности Узбекистана протекала под непосредственным руководством и контролем со стороны партийных органов. Еще летом 1919 года декретом ТуркЦИКа, с целью надзора за законностью и «революционной целесообразностью» действий органов ЧК Туркестана, а также контроля над повседневной деятельностью как членов, так и сотрудников Чрезвычайной Комиссии была учреждена контрольно-ревизионная коллегия. В состав коллегии входили два представителя от Крайкома Коммунистической партии Туркестана и один представитель от ТуркЦИКа. Указанные коллегии создавались как при ТуркЧК, так и при областных ЧК. Те или иные неправильные действия органов ЧК опротестовывались этими коллегиями в президиум областной или республиканской Чрезвычайной комиссии. Решения последней могли быть опротестованы центральной коллегией в ТуркЦИК. Подача протеста влекла за собой приостановление исполнения опротестованного постановления ЧК.