Орнис кривит губы.

– В центр? На площади только здание Совета высших. А ты в третьем кольце. Даже жителям первого нужно отдельное приглашение, чтобы явиться на приём к высшим.

Внутри снова оживает советник.

– Тебе не приходило в голову, что со мной можно проконсультироваться? Задать пару вопросов? Или для твоего варварского мозга ситуация кажется нормальной?

Подавив вздох, задаю вопрос, который недавно обдумывал сам.

– Хочешь рассказать, что на станции мы подвергнулись ментальному воздействию? А всё происходящее вокруг мало напоминает проект Кадзи?

Слышу, как тот тихо хмыкает.

– А у тебя бывают проблески сознания. Только на станции не было ментального воздействия. Нам подсадили паразита. Незаметную энергоструктуру, которая влияла на обоих. Её основная часть исчезла после портации на поверхность. Остальное стёр боевой режим. Который к слову и меня чуть не расщепил на атомы.

Интересно. Энергетический паразит? С таким я раньше не сталкивался.

Орнис медленно взмахивает правой рукой.

– Ты решил, что молчание, это хорошая тактика?

Моргнув, переключаю внимание на него.

– Как долго ты живёшь здесь?

– А это тут при чём?

Вдохнув, откидываюсь на спинку кресла. Мгновение раздумываю. Начинаю говорить.

– Потому что все вы живёте в грёбанной иллюзии, которую когда-то создали для исследований. Собственники проекта давным давно исчезли, но ваша жизнь так и идёт по накатанной. Без всякого смысла и цели.

Альведа прищуривает глаза. А вот Орнис машет головой, сразу после чего тычет рукой в стену.

– Мы обеспечиваем выживание вида. За стенами цитадели бродят орды монстров. Мы убиваем их. Постоянно. Каждый день за стену отправляются рейды охотников. Но этих тварей не становится меньше. Единственный плюс - мы получаем новые модификации. Чем более редкую суку прищучишь в пустошах, тем сильнее станешь.

Что-то вроде этого я предполагал. Основная масса модификаций получается за стеной. Плюс, они режут друг друга внутри города, дополнительно себя усиливая.

– Постой, Орни. Ты слышал, что он сказал? Это место создали. Но кто мог построить целый мир? И как эти люди могли сгинуть, раз у них были такие ресурсы?

Вздохнув, поворачиваю голову.

– А как чуть не пала ваша двадцать седьмая цитадель? У них были укрепления и солдаты, но стоило появиться Ярису, что пробил стену и бросил в бой тварей пустоши, как те едва удержались. На каждого хитрого ублюдка найдётся другой хитрый ублюдок. Который располагает схожими ресурсами и мощью.

Медленно кивает.

– Предположим. У нас есть "марфисты", которые утверждают, что весь окружающий мир создан нашим воображением, а на самом деле всем мы находимся в состоянии комы. Никто из них не может толком объяснить, зачем это может быть нужно, но определённой популярностью их идеи пользуются. Особенно в пятом кольце, где у многих нет ни одного мода.

Альведа громко цокает языком.

– Вообще-то, у них было немало занятных идей. Например предположение, что наши мозги используются в качестве вычислительных мощностей. Звучит вполне рационально.

Орнис бросает недовольный взгляд в её сторону. Я же пытаюсь развить успех.

– Эта планета - одна из многих экспериментальных площадок на просторах космоса. Которая продолжила работать спустя тысячелетия после гибели своих создателей.

– Ты сейчас здорово рискуешь. Если у них есть программно вшитые реакции, эти ублюдки попробуют тебя разорвать.

Прогноз советника заставляет напрячься. Впрочем, пока никто из присутствующих не пытается броситься в бой, чтобы меня прикончить. Вместо этого обмениваются взглядами и Орнис скептически уточняет.

– Космос? Хочешь сказать, туда можно подняться?

Непонимающе пожимаю плечами.

– Человечество давно освоило космические полёты и заселило множество миров во вселенной. Уверен, даже у вас кто-то должен считать, что с этой планеты можно убраться.

Фиолетовокожий здоровяк мрачно кивает.

– Были такие. Да и есть. Но я всегда воспринимал это, как бред. В цитаделях есть технологии, позволяющие изготавливать транспорт и оружие. Но нет ничего, что позволяло бы летать даже в воздухе. А если двигаться дальше, то... Там же совсем нет воздуха, в конце концов.

Как только заканчивает, вклинивается советник.

– Лукавит. Он точно собирал данные о полётах за пределами планеты. Иначе ничего бы об этом не знал. Даже в теории. Знаешь, предложи ему сбежать. Могу поспорить - купится.