— Экипаж занят делом. Мы всё-таки не на прогулке.

Тот едва заметно кивает, а я взмахиваю рукой, указывая на коридор.

— Предлагаю следовать за мной. Судя по тому, с какой скоростью вы прибыли, нам лучше быстрее разобраться с делами.

Сам премьер на мой намёк никак не реагирует. А вот парень за его спиной чуть меняется в лице. Буквально на секунду, но я всё равно успеваю заметить. Проблема всех молодых бюрократов — неспособность держать эмоции под замком.

Спустя пару минут добираемся до "переговорной" — рабочего кабинета безопасника, который находится на этой же палубе. Ничего лучшего я не придумал — не вести же их в одну из кают. А общие помещения не подходят — сразу будет заметно, что корабль рассчитан на большой экипаж, но при этом отсеки никем не используются.

Усевшись в кресло, жду пока собеседники расположатся напротив. Когда занимают свои места, делаю приглашающий жест рукой.

— Рассказывайте. Почему другая частота для связи? И по какой причине вы прилетели настолько быстро? Как будто находились вплотную к челноку.

Тот слегка заминается. Медлит, оглядывая убранство кабинета. Наконец принимается излагать.

— Понимаете, помимо конфликта с компанией "Шиззер" у нас есть ещё одна небольшая проблема. Которая носит внутренний характер, но угрожает не меньше, чем вооружённый противник.

Пожимаю плечами.

— Внутренние разборки? Насколько я понимаю, вас выбрал парламент после гибели предыдущего премьера. В чём тут может быть проблема?

Сразу же кивает. Задерживает взгляд на статуэтке, которая стоит справа от него.

— Всё верно. Но как и в любом политическом процессе, есть нюансы. Новые парламентские выборы должны были состояться ещё пятьдесят дней назад. И если верить предварительным прогнозам, то состав нашего депутатского корпуса должен был серьёзно обновиться.

Чуть подавшись вперёд, конкретизирую.

— Ваша партия готовилась к проигрышу? И теперь вы хотите, чтобы я помог вам узурпировать власть?

Вздохнув, отрицательно качает головой.

— Наоборот. Последние десять лет мы были в оппозиции. А на этих выборах все социологические агентства прогнозировали нашу полную победу. Именно поэтому меня выбрали в качестве премьера, хотя мои однопартийцы и контролируют не больше двадцати процентов голосов в старом составе парламента.

Непонимающе хмурю брови, а помощник премьера сразу же добавляет.

— А ещё старое правительство сдалось без боя и пыталось договориться. Поддержи они Перроти сразу, всё было бы куда проще.

Джор плотнее сжимает губы, покосившись на паренька. Сразу же возвращает внимание на меня.

— Отчасти он прав — предыдущий премьер-министр хотел достичь соглашения с "Шиззер", но не учёл с кем имеет дело. Когда они приступили к разграблению наших активов, он отдал приказ о сопротивлении, но сам на тот момент находился в столице, где и был арестован. После чего казнён, вместе с большинством министров.

Недолго молчит, пристально рассматривая меня. Продолжает.

— После этого началось спонтанное восстание, а парламент собрался в одном из свободных городов, чтобы утвердить новый состав кабинета. В итоге премьером стал я. Но как вы понимаете, ситуация меняется. Полсотни дней в мирной жизни, это очень короткий временной промежуток, за который предпочтения людей меняться не склонны. Но если речь идёт о военных действиях, всё обстоит иначе.

Вздохнув, пытаюсь детализировать.

— Так чего вы от меня хотите? Какой-то поддержки в борьбе за власть? У нас не так много времени, чтобы погружаться в политическую жизнь вашей планеты.

Теперь он выглядит слегка озадаченным. Сначала не понимаю в чём дело. А потом доходит — этот худощавый мужик считает, что Рапсора является нашей основной целью. Если отталкиваться от этого, то вполне естественно выяснить максимум информации о планете, с которой ты будешь иметь дело в будущем.

Прикидываю, как исправить ситуацию, но тут премьер начинает излагать.

— Я не собираюсь удерживать власть силой. Это не наш метод. Но есть два фактора, которые заставляют меня искать вашей помощи в плане внутриполитической стабильности. Первый — военные. Армейские военачальники хотят больше влияния. Если изначально все мы сплотились перед лицом врага, то теперь генералитет грезит мечтами о военном правительстве, которое "временно" возьмёт на себя бремя власти в это непростое время. Второй фактор — старая политическая элиты. Они не ожидали, что у нас получится добиться определённого успеха на земле. Возможно потому и отдали мне позицию премьера — в случае проигрыша, это бы обнулило рейтинги партии. Теперь же они рассматривают возможность отставки правительства и формирование нового. Как вы понимаете, совсем с другими лицами во главе.

Ситуация в целом понятна. Вот чего я до сих пор не услышал, так это конкретики.

— Чего вы хотите от нас?

— Помощи. Мне потребуются союзники, которые поддержат смену военной верхушки и роспуск парламента. Я назначу новые выборы сразу же, как мы освободим столицу. Но этот промежуток времени нужно как-то продержаться, не допустив военной диктатуры или возврата к старому руководству.

Откидываюсь в кресле, оценивая расклад. Могу поспорить, он даже не представляет насколько плачевно наше собственное положение в плане численности личного состава. И скорее всего считает, что я смогу отправить на поверхность какой-то отряд, который и станет основным рычагом давления. Собственно, кто рискнёт тронуть солдат, которых в любой момент могут поддержать огнём с орбиты?