— Кьют, ты меня слышишь? Что там происходит?

Судя по монотонности, девушка повторяет фразу не впервые. Возможно уже не первый десяток раз.

— Я тебя слышу. Всё в норме, заканчиваю переговоры.

Секунда тишины и голос, в котором сквозят нотки радости.

— Переговоры? С кем?

Бросив взгляд на "робота", машинально пожимаю плечами.

— Сложно сказать. Картинку ты можешь посмотреть на камерах, а что у него внутри, ещё предстоит выяснить. Проверьте зал на наличие иной активности. Если никого не обнаружится, высылай десантников. Человек десять — пусть прочешут помещение более детально.

Эста подтверждает приказ, пропадая со связи. Я же снова присматриваюсь к нашему собеседнику, как будто пытаясь проникнуть в его мозг и понять, чего на самом деле хочет эта железяка? Обрести свободу или втереться в доверие? Может просто захватить корабль?

— Уверен, что стоит подпускать сюда обычных людей? Как ты вообще собираешься его контролировать?

Поморщившись, озвучиваю идею, которая давно крутится в голове.

— А нельзя завязать взрывчатку на энфис? Чтобы детонация не зависела от обычных детонаторов?

Тот тихо хмыкает.

— Думаю, можно. Но не на борту "Атома". Тут же нет никакого оборудования.

Жаль. Схема казалась не самой плохой. Значит придётся думать дальше.

Спустя десять минут около входа показываются закованные в броню солдаты, которые прочёсывают грузовой отсек. Когда заканчивают, старший докладывает, что кроме контейнеров и "робота", тут больше никого. Конечно, если не предполагать, что остатки его корабля одномоментно превратятся ещё в несколько таких же металлических бойцов. Но как по мне, вероятность такого исхода невелика.

Отсылаю десантников обратно, а сам раздумываю, как лучше поступить. В процессе запрашиваю у Эсты время полёта до Эрры — с учётом ситуации, раньше на это времени банально не было. Как выясняется, червоточина приведёт нас к планете приблизительно через сто часов. А в моей голове созревает ещё один вопрос к новому знакомцу.

— Что тебе известно о Вечных? Кто они?

Фигура, стоящая около дальней стены отсека, медленно поворачивает ко мне голову.

— Создатели. Те, кто сделал меня таким. Я понимаю, что ты спрашиваешь совсем о другом, но у меня нет информации. Только инструкция по идентификации и подчинению, в случае столкновения.

А это уже интересно. Касаюсь наушника.

— Эста, я задержусь здесь на какое-то время. Отслеживай ситуацию по камерам.

Дождавшись отклика, спускаюсь вниз по ступеням лестницы. Когда оказываюсь на одном уровне с "роботом", его гигантские размеры становятся куда более очевидными — приходится задирать голову, чтобы посмотреть на металлическое лицо собеседника.

— Как ты должен понять, что перед тобой Вечный?

Тот на секунду задумывается.

— Внутри меня есть небольшой компонент, отвечающий за анализ. Если он подаёт знак, значит передо мной Вечный. Как он это делает, я не знаю.

Жаль. С другой стороны, этот его компонент должен работать на энфисе. А раз так, возможно выйдет его вскрыть и посмотреть, что находится внутри. Как мне кажется, начинка этого создания может предоставить массу информации, как о нашем текущем противнике, так и о тех, кто за ним стоит.

— Хочешь разобрать его энергоструктуру по запчастям? Сомневаюсь, что подопытный будет стоять и покорно ждать, пока ты отсекаешь куски его энергетической плоти.

Подавив вздох, объясняю свою затею.

— Я сделаю именно то. что он хочет — попробую превратить его в полностью автономное разумное существо. Постаравшись получить максимум информации в процессе.

Советник молчит. Я же делаю ещё несколько шагов в сторону собранного из стали создания.

— Чего именно ты хотел, когда просил о помощи? Как отрезать связь с ядром, которое отдаёт тебе приказы?

Как быстро выясняется, "робот" сам не в курсе каким образом держится связь с условным мозгом системы, частью которой он был. Чуть позже становится понятно, что я вовсе не могу работать с его энфис-структурой, как с другими. Дело в самой энергии, которая разительно отличается от стандартов — сколько ни пытаюсь к ней подобраться, у меня не выходит. Более того, я даже саму структуру каркаса не могу рассмотреть, как следует.

Проведя за попытками полчаса, оставляю его в грузовом отсеке, сам возвращаясь на мостик. Когда добираюсь, понимаю, что на меня устремлено множество вопросительных взглядов. Остановившись, выдыхаю воздух. Объяснить ситуацию безусловно надо. Желательно не втягиваясь в долгий рассказ и последующее обсуждение.

— Он утверждает, что сейчас отрезан от управляющего центра. Потерял контакт после входа в червоточину. Хочет обрести самостоятельность и предлагает свою помощь.

Офицеры переглядываются. Первым, кто задаёт витающий в воздухе вопрос, становится Эммельсон.