Я сел в машину, заняв место на заднем сидении. Мы поехали к центру города, пересекли его и свернули куда-то. Данилов был очень немногословен. Спокойно вел машину, глядя по сторонам.

Это слегка настораживало. Казалось, мы прем не туда. Но вскоре за городской чертой показалась ржавая ограда с табличкой, на которой ничего не написано.

Вот он — тот полигон, напоминающий заросшее поле, которое бросили фермеры. Никакого тебе особого оборудования, служащих, охраны и прочего.

— Глухое местечко, — процедил я, когда уже подъезжали.

— Да, чтоб не привлекать внимания нашими тренировками. Не люблю, когда участники соревнований делают все напоказ, — буднично ответил Игнатьич.

— Ну да, — хмыкнул я.

Машина встала немного поодаль. Мы вышли и направились к полигону, который больше походил на заброшенный стадион. Там преодолели ворота, точнее проем в ограде, где когда-то были высокие двери.

Я заметил вдали корявые железяки. Похоже, турники для гимнастических упражнений. Рядом стояла трухлявая лавка. Еще были бревна, стоящие буквой «П». Всюду росли мелкие деревца и кустарники, горящие желтым цветом. Низкая трава перемежалась очагами большого бурьяна.

— Так, не обращай внимания. Здесь небольшой беспорядок. Нам надо немного туда, — произнес Александр, указывая пальцем вперед.

— Ага, все понятно, — улыбнулся я.

Пошел в указанном направлении, но вскоре остановился и пнул наставника в живот. Потом резко добил коленом, отчего тот чуть не свалился, с трудом успев отскочить.

— Ааа, ты чего? Спятил что ли? Тебя в психушку закроют! — громко воскликнул Игнатьич, хватаясь за ушибленное лицо.

Да, поступок не особо хороший. Но на то были причины. Конечно, я стал отчасти подростком, живя в молодом теле. Но полным идиотом все еще не был. Потому сразу понял в чем дело и решил разобраться.

Я видел Данилова несколько раз. Он не был тем, кто любит хорошие тачки. И вообще, вроде ходил пешком. Дальше, он доставил только меня, хотя мы должны заниматься командой.

Конечно, другие кандидаты могут ждать чуть подальше. Но все равно здесь слишком безлюдно. Кроме того, стадион сильно заброшен. Можно было найти что получше, раз уж мы должны защищать честь всего города.

К тому ж, двойник вел себя слишком странно. Он был скорее угрюмым, чем просто немногословным. Данилов чуть не такой. Я это сразу заметил.

Так что выбора нет. Либо этот ублюдок сознается, либо просто подохнет. С меня хватит всей этой дряни. Пора показывать зубы.

— Я подам заявление в комитет! Дебил ненормальный. Не зря про тебя говорили, — продолжал орать псевдо Игнатьич.

— Лицо свое покажи, — сухо произнёс я, рассматривая этого упыря.

— Что ты несешь? Это я! У тебя уже галлюцинации, недоумок!

— Ага, щас проверим, — процедил сквозь губу и бросил небольшой заряд сигмы в ублюдка.

Попал ему в левую руку, где противник прятал какой-то мелкий предмет. Видно, хотел меня вырубить исподтишка, но не вышло.

Двойник взвыл, тряся рукой, но сразу получил в голову. Удар оказался отличным. Ублюдок свалился на землю, охая, как старая шлюха.

Я подошел чуть поближе. Ага, так и знал. Вместо Данилова лежал странный мужик, похожий на него, но не он. Наверняка, тут замешана магия, эффект которой я сейчас сбил. Допрошу и прикончу ублюдка, без лишних слов. Сколько можно строить мне козни?

— Чего тебе надо, урод?! Отвали, пока башки не лишился! — прохрипел он, трогая обожжённый лоб.

— Мне нужна информация. Вся, — грозно заявил я.

— Нет никакой информации. Мне сказали привезти, я привез, — ядовито воскликнул придурок.

— Вот значит, как? А если... подумать. Скотина! — выпалил, бросив сигма шар почти что в упор.

Когда белая вспышка рассеялась, противник перестал подавать признаки жизни. Либо я его хорошо приложил, либо он притворился, что вырубился. И да, в этом легко разобраться.

— Решил поиграть в мертвеца? Что ж, придется сломать тебе руку! — сказал, желая порвать урода на мелкие части.

Вдруг сбоку послышался хорош. Я резко обернулся и заметил, что вдалеке стоит дворянин в зеленой одежде, который устроил меня в Академию.

— Не бей его, он всего лишь слуга, — громко заявил, рассматривая меня.

— Лучше быть слугой, чем последним чертом! — крикнул в ответ, понимая, что это хорошим не кончится.

— Нет, мальчик мой. Лучше быть кем угодно, но принимать правила игры. Понимаешь? — философски рассудил он.

— Понимаю, что ты сделал дерьмо! И теперь за это ответишь.

— Аха-ха, может быть. Кто знает, вдруг там, на том свете нас ждет Вселенская справедливость, — подняв к небу жирные пальцы, воскликнул он. — Но мы-то живем на этом. Вот оно как. — Добавил после небольшой паузы.