Дед пристально посмотрел на меня.

— Рассказывай то, что не сообщил остальным. Вижу, есть что-то личное.

— Да, ты прав, это между нами.

Поведав, кто я есть на самом деле, пересказал историю про Дэва.

— Дела! — задумчиво покачал головой дед, поглядывая на пустую чашку. — Действительно, не стоит об этом кому-то знать. Чем дальше ты идешь, тем все больше удаляешься за грань привычного мира. Живая, разумная бестелесная сущность, Альдеронцы, владеющие запредельными технологиями. Непостижимая магия, да и сам ты, как оказалось, нечто большее. Капикомп, — он кивнул на мою руку, — так и не знаешь, что это на самом деле. — Посмотрев на меня и немного подумав, добавил: — Великий князь звонил, пока ты со своими общался. Всенепременно желает тебя видеть. Голос чрезмерно довольный. Передавал благодарность от Императора Поднебесной. Подробности обещал рассказать при встрече. Завтра с утра позвони ему.

— Обязательно, — я поднялся. — Пойду спать, что-то утомился.

— Иди. — Дед задумчиво покивал. — Я посижу, поразмыслю над тем, что узнал.

Утром, после завтрака, позвонил Императору. Через час, переодевшись в костюм, уже был у него, использовав свой портал.

Вначале доложил о проделанной работе, затем он передал мне приглашение посетить Китай. Император Поднебесной хочет встретиться лично и в почетной обстановке вручить награду за спасение его подданных.

Вот только у меня совершенно нет желания туда ехать, о чем и заявил Великому князю. Тот даже слегка опешил, не ожидая подобной наглости с моей стороны.

— Никита, они же хотят воздать тебе почести по заслугам. Сам Император приглашает, поверь, это происходит крайне редко.

— Извините, ваше величество, все понимаю, но не поеду, — я насупился. — Говорите ему что угодно, но отказываюсь — если надо, то и от награды тоже.

Если отправлюсь туда, то из этого ничего хорошего не получится. Приближенный Императора все-таки виновен в том, что создал условия, из-за которых мы могли погибнуть, да и вся история произошла из-за него. Всполошится, начнет делать глупости, а оно мне надо?

Великий князь откинулся на спинку стула. По всей видимости, не предполагал, что настою на своем.

— Хорошо, будь по-твоему, что-нибудь придумаю, — тихо произнес он, поглядывая на меня.

На этом наш разговор завершился. Попрощавшись, я убыл в усадьбу.

Три дня отдыхал, общался с ребятами, ездили всей толпой в Москву, гуляли, ходили в кино. Утром четвертого дня мне позвонили из кремля. Сообщили, что посол Китая просит его принять. На что я, естественно, любезно согласился. Как могу отказать самому послу, к тому же догадываюсь, зачем он пожалует.

К обеду в усадьбу прибыл целый кортеж из трех машин представительского класса. Встречали мы их все вместе, возле входа в усадьбу. Как только высокие гости подъехали, я с дедом вышел вперед. Он по такому случаю надел генеральский мундир со всеми орденами и знаком княжеского рода, что и меня заставил сделать.

Мундира у меня нет, пришлось надеть праздничный костюм со своими наградами.

После того как обменялись любезностями, посол бросил быстрый взгляд на приколотые у меня на груди ордена. Виду не подал, но и так понятно — слегка удивлен наличием наград.

— Мы понимаем и ценим то, что вы оказались истинным воином, которому не престало получать прилюдные почести, — начал он, чем немного нас удивил.

Интересно, что наговорил Великий князь китайскому Императору обо мне.

— Скромность и самопожертвование во имя спасения других делает вам честь. По поручению моего Императора… — Он слегка повернулся, его помощник передал большую плоскую коробку. Забрав ее, тут же открыл и протянул в мою сторону. — Я уполномочен вручить вам высшую награду нашего государства, Орден Дружбы.

Взяв искусно вырезанную из красного дерева шкатулку, уставился на то, что там лежало. Потрясающе красивая вещь. Ребята не выдержали, наплевали на этикет и оказались возле меня, с любопытством заглядывая через плечо.

Сам знак ордена золотой, в виде раскрытого цветка лотоса с ажурными лепестками. В центре круглый золотой медальон синей эмали с широким ободком. На нем изображение летящего над земным шаром голубя с оливковой ветвью в клюве. На ободке две лавровые ветви, в нижней части — две скрепленные в рукопожатии руки.

— На оборотной стороне знака выгравировано ваше имя, — пояснил посол.

Китайская делегация в составе двенадцати человек, включая посла, поклонились.

— Орден висит на золотой ажурной цепи, — продолжил он, видя мой восторженный взгляд. — Состоит она из одного центрального большого и пятнадцати малых звеньев синей эмали, оформленных в виде наших традиционных узоров и изображений священных растений.

Дед забрал у меня шкатулку, а то так и стою любуюсь, а ведь надо что-то сказать в ответ.