Может быть старый эквит и не был специалистом в мотивации, но меня он немного успокоил. По крайней мере, когда вернулись загадочные спецназовцы, внутреннюю дрожь я уже поборол.

— Мы тут обсудили новые вводные, — начал Птах на правах старшего в этой двойке. — и, признаться, хотели тебя сперва силой утащить. Но потом этот, — кивок в сторону Малого, — напомнил, что ты на Земле просто сдохнешь и плакали тогда наши денежки. Но и одного тебя оставлять нельзя. Ты, может и эквит, маг и колдун, но гражданский. А значит за тобой нужно приглядывать.

Я бросил взгляд на Кассия. Тот едва заметно дернул плечом, как бы говоря: “Ну, а я об чем толковал?” Птах понял наши переглядки по своему.

— Кассий, мужик, конечно, тертый. Но мы все равно не можем бросить тебя просто так, и поэтому — Малой остается с тобой. Прежде чем ты начнешь спорить — это его решение. Мальчик он уже большой, да и вообще мы, когда в ССО шли, понимали — шансов до пенсии дожить не много.

— А служба? — поинтересовался я. — Вы же сейчас в отпуске, но что потом будет?

— Рапорт с прошением об отставке он уже написал. — старший спецназовец похлопал ладонью по нагрудному карману. — Если все пойдет по самому плохому варианту, скажу начальству, что нашел его у Малого дома.

Похоже, эти двое все предусмотрели. Надо же, я их больше как надсмотрщиков воспринимал, а они на такие жертвы готовы идти. В носу даже засвербило что-то.

— Спасибо…

Птах — тоже читал меня, что ли? — ситуацию мгновенно просек и выдал.

— Ты там не надумывай себе ничего. Воспринимай это, как защиту наших инвестиций. Сам понимаешь…

Мне осталось только кивнут. Малой дружески толкнул меня в плечо.

— Да не кисни, Свят! Никто себя в жертву ради тебя не приносит. Я сам решил остаться. Нравится мне здесь. Жизнь настоящая, начальства нет, кругом враги и в них можно спокойно стрелять, не отчитываясь потом за каждый патрон. Просто мечта! Ну и эту малышку надо опробовать. И где я это буду делать? В Москве?

Тут он ласково погладил по цевью мишшеский штурмовой комплекс, которым заменил штатную винтовку.

— Кстати, про отчеты… — Птах кашлянул. — Свят, тебя не сильно напряжет хотя бы раз в двое-трое суток открывать портал и забрасывать рапорты, которые этот мелкий будет писать.

— Ты серьезно, что ли?! — возмутился Малой.

— Мы это обсуждали.

— Да я думал ты прикалываешься!

— Это серьезное дело, какие приколы? Ты хочешь домик на берегу Черного моря к пенсии? Вот и строчи! Свят, несложно?

— В рамках разумного. — ответил я. — Все же, не хотелось бы сливать на отчет портал, который нам жизнь может спасти.

— Да я понимаю. Но, по возможности — делай, ладно. И следи, что бы мелкий писал. А я буду раз в два дня заходить в твою квартиру и проверять.

— Злые вы, уйду я от вас. — пробурчал здоровенный боец обиженным голосом.

Кассий, пока мы болтали, стоял в сторонке и косплеил статую. По его лицу, как обычно, ничего нельзя было прочитать. Однако, когда треп закончился, он решил высказаться. И сразу стало понятно, что решение одного из бойцов остаться, он не одобряет.

— Поддержка такого воина — несомненный плюс для отряда. Но ситуации могут быть разными. В том же Эллеме, когда мы до него доберемся, может статься, что четверым будет сложнее, чем троим.

— Ты против? — прищурился Птах.

— Нет. — ответил эквит. — Просто сообщаю, что задача может усложниться. В любом случае решение принято, оспаривать его я не собираюсь.

— Ок. — спецназовец еще некоторое время сверлил Кассия взглядом, после чего повернулся к напарнику. — Ладно, Малой. Пойдем, поможешь мне ништяки для Гука упаковать.

— Э-э, Птах. — остановил я его. Он обернулся с вопросом в глазах. — Моя доля… Если не вернусь, сможете родителям как-то отдать? Ну там, лотерея… я не знаю…

Пару секунд он смотрел на меня удивленно, будто в первый раз увидел, после чего кивнул.

— Сделаем.

Спецназовцы занялись упаковкой и вскоре уже поставили посреди комнаты три набитых до отказа рюкзака. Я открыл портал, бойцы сноровисто закидали вещи внутрь, а потом Птах, оглядев всех нас, будто прощаясь, сам шагнул в дрожащее марево прохода между мирами.

Некоторое время в гостиной царила тишина. Нарушил ее Кассий.

— Выходим завтра с утра. Сегодня готовимся к выходу.