До утра разгоняю остатки параметров — Стойкость и Выносливость. Суммарно минус 68 022 единиц арканы за три параметра.

Пяток часов сна, и я выдвигаюсь к дому, где у нас проходят главные совещания. Там меня уже ждут Якоб, Ларри, Такада и Кёртис. С небольшой задержкой приходит зевающая Накомис.

Мы обсуждаем, как распределить группы охотников так, чтобы повысить их выживаемость. Увеличить численность, заставить их пастись гораздо ближе к форпосту и так далее.

Без стука в помещение заходит Ваалис в сопровождении Драганы.

— Егерь, — как всегда, сухо обращается лидер Пульсаров.

— Мы немного заняты. Давай позже.

— Нет. Сейчас. С этого дня мы перестаём платить твой налог.

— С чего бы? — вскидываю брови.

— Мы защищаем город. Основное бремя и так лежит на нас.

— Охеренно защищаете, — я начинаю заводиться. — Ты в курсе, что нас выбивают уже какой день?

Накомис успокаивающе кладёт руку на моё плечо. Глаза Драганы превращаются в щёлочки.

— И тем не менее, основная масса жива, — парирует Осьминожка. — Мы защищаем форпост, и в нём безопасно.

— Правила едины для всех. Десять процентов с добываемой арканы.

— Нет, — жёстко говорит Ваалис. — Это не обсуждается.

— Вы живёте в нашем форпосте и вы будете выполнять наши правила!

Якоб и Ларри бледнеют, наблюдая нашу перепалку. Такада поджимает губы. Кёртис перебирает чётки, не вмешиваясь.

— Возможно, нам стоит поискать другой форпост, — задумчиво тянет главарь пришельцев.

— Возможно, стоит, — киваю я.

— Егерь! — голос Нако дёргается.

— Что ж, — переводит на меня взгляд Ваалис, — клан Раздробленных Пульсаров разрывает союз. Когда ты поймёшь, какую ошибку совершил, будет слишком поздно.

— Тогда катитесь к чёрту! Можете хоть на Аляске поселиться и заключать союз с моржами!

Пришельцы покидают комнату, а я стискивают до хруста поверхность стола. Трещит дерево, выгибаясь.

— Егерь, какого хрена?! — Нако самая громогласная.

— Так ли важен был тот налог? — со вздохом спрашивает Пастырь.

— Э, Мистер Егерь, что же нам теперь делать? — вытирает вспотевшее лицо Ларри.

— Вы все вообще в гробу видеть хотели этих чужаков, а теперь внезапно полюбили их? — оглядываю собравшихся.

— Да, но…

Чтобы собраться, у Пульсаров уходит два часа. Чего у них не отнять, так это эффективности. Ваалис открывает портал, и вся толпа вереницей втягивается в него. Жители форпоста наблюдают за этим в ужасе.

До глубокой ночи мы пытаемся придумать лучший ход в сложившейся дерьмовой ситуации. Варианты все, один гаже другого. А перед самым рассветом меня будит грохот в дверь. На пороге задыхающийся Исайя.

— Я… я приехал так быстро, как только смог! Фух, Боже!

— Что случилось? На тебе лица нет.

— Фритаун вечером начал сборы. Там весь город носится. Егерь, они нападут! — с дрожью в голосе произносит Енох.

Это целиком мой косяк — не подумал о средствах связи. Просто не учёл, что не все живут так же кучеряво, как я. Трансивер, Переводчик, Картограф — эти устройства есть далеко не у каждого выжившего. Следовало позаботиться об этом вопросе, до того как отправил Еноха на задание.

Мы успеваем выставить вооружённых бойцов, когда с юга доносится рёв машин. Он нарастает, и в облаке пыли к форпосту приближается целая кавалькада ржавого железа. Видны пулемёты и даже один гранатомёт. Видны десятки вооружённых ублюдков.

И вся эта орава окружает Уайтклэй.

Восстановленные старые пикапы, грузовики и седаны постепенно тормозят, встав кольцом напротив наших стен. Затрудняюсь сказать, сколько у врага бойцов, но по ощущениям около сотни. В тюрьме явно сидело гораздо больше, но не нужно быть провидцем, чтобы угадать их судьбу. Ублюдков сожрали в первые же часы.

Удивительно, что такая орава смогла вообще выжить в те хаотичные минуты бессмысленной резни. Возможно, Самеди смог их организовать и дать отпор монстрам. Возможно, я просто преувеличиваю его лидерские качества.

Я стою за стеной, которая достаёт до моей груди, а рядом со мной застыли Накомис, Тай и Гидеон. Цепочкой выстроились и вооружённые жители форпоста. Никто не ждёт милости от приехавших зверей. За свою жизнь придётся драться.

В воротах застыла машина с пулемётом, которую мы захватили при защите Церкви Пастыря. И когда я говорю “мы”, имею в виду себя. В её кузове торчит тот самый ветеран Зак. Действует он умело, и у меня не остаётся сомнений, что мужику уже доводилось стрелять из такой малышки.