Синий пиджак, синяя юбка, белая блузка. Но на зеленоглазой Миоко Абэ, эта, внешне очень скромная, форма смотрелась очень даже эффектно. Я не успел оглянуться, как ко мне с двух сторон прижались мои невесты, явно напоминая, что нечего поглядывать в сторону других женщин.

— Приветствую вас, Амасано-сан, Хатико-сан, Веромир-сан!

Начались бесчисленные поклоны и процесс знакомства. Пропустив мимо ушей японские имена учителей, отметил для себя только учителя боевой магии, очень высокого для японца человека с абсолютно лысой головой и каким-то пронизывающим, холодным взглядом. Вот его имя я запомнил. Райро Хомибэ.

После ритуала знакомства, нас повели в саму Академию, которая меня, признаюсь, не сильно впечатлила. Тесные коридоры, тесные классы. Лично мне в ней было как-то неуютно. Но это лишь мое мнение. Учитывая невысокий рост здешних учеников, думаю, они чувствовали себя вполне комфортно. А вот тренировочный ринг, куда нас привели, выглядел весьма впечатляюще. Прямо копия того ринга, на котором я сражался на Турнире Восьми Академий.

Площадка, накрытая силовым куполом, с песчаным покрытием. Напротив купола небольшая трибуна с мягкими креслами, на которой все и разместились. В центре чета Сузуки, с одной стороны от них мои русские спутники Варвара, Гвоздев, Мамонтова и Буслаев со своими ребятами. С другой стороны, ректор, Акиро — сан с невозмутимым лицом в компании телохранителей рода Сузуки, Наоми и Исидо. Кстати появилась и главный редактор Канобэ. Она сменил свой наряд, но его откровенность по-прежнему осталась на грани. Миоко куда-то исчезла. Ее отец пояснил, что она пошла переодеваться. Отправился готовиться и я. Вместе с Виль.

Переодевшись в легкий спортивный костюм, я посмотрел на Виль, которая была хмурой.

— Чего тебе не нравится? — не удержался я от вопроса

— Все мне не нравится, — призналась та. — Может, не будете участвовать в бою, господин?

— Мне кажется, ты преувеличиваешь. Шпаги учебные, а насчет магии, даже если что-то случится, есть Варвара и местные целители. Не паникуй!

Но, судя по всему, девушку я явно не убедил. Мы вернулись на ринг, где нас уже ждала Миоко, одетая в обтягивающий эластичный костюм, смотревшийся на девушке весьма эротично. Тут же стоял ее отец и Варвара.

— Правила вы знаете, — сообщил он нам с Миоко, — по одному базовому заклинанию атакующему и одному защитному. Шпаги у вас учебные. Прошу не нарушать правила и помнить, что бой учебный. На всякий случай, у нас дежурят лучшие целительницы Академии. Я посмотрел на трех японок, скромно стоявших за спиной ректора. С этим напутствием, мы взяли шпаги и вышли на ринг.

Бой начался весьма аккуратно. Я сначала решил просто проверить на что способна моя противница, и закрывшись «огненным щитом», метнул в Миоко «огненный шар». Та сотворила «воздушный щит» и в меня ударил «водяной хлыст». Так мы обменивались некоторое время ударами. Уже расслабился и решил перейти к дуэли на шпагах, как внезапно в меня полетела уже знакомая по турниру в Санкт-Петербурге «воздушная катана». Мой щит справился, но я, честно говоря, слегка растерялся. Нарушила правила? Но зачем? А следом в меня полетела целая серия заклинаний. «Воздушный кулак», «воздушная катана», «воздушные лезвия», а следом несколько «водный смерчей». Я успел закрыться «темным щитом», понимая, что от такого потока заклинаний мой огненный щит меня не спасет.

— Ты что творишь? — крикнул я сбесившейся девчонке, но вдруг увидел, как на некоторое время ее лицо подернулось какой-то дымкой. Это что еще такое?

Японка каким-то невероятным прыжком оказалась передо мной и сделала выпад шпагой. Отразить я его не успевал и шпага (Кто там говорил про учебную? Она ведь совершенно обычная) вонзилась в мой «темный щит». Удар был такой силы, что щит лишь замедлил ее. Грудь пронзила боль, и я почувствовал, что теряю сознание. Из последних сил борясь с надвигающейся на меня темнотой, сотворил «темную молнию» и последнее, что я услышал, был отчаянный женский крик.

— Веромир… милый очнись…Веромир… — знакомый женский голос пробился сквозь звенящую тишину окутавшей меня темноты. Я с трудом открыл глаза, поморщившись от острого приступа боли, который, слава Богам, длился лишь пару мгновений.

Первое, что увидел, были озабоченные лица Наоми, Варвары и Софи. Но увидев, что я пришел в себя, они синхронно выдохнули. С их помощью принял сидячее положение и огляделся. Я находился, судя по белым стенам и специфическому запаху, в местном лазарете. Помимо обеих невест и Мамонтовой, рядом с кроватью стоял Амасано — сан, в чуть поодаль Виль с виноватым выражением на лице. Прислушавшись к себе, понял, что ничего не болит. Да и при внешнем осмотре никаких повреждений не увидел.

— Слава Аматерасу— сама, ты жив! — прошептала Наоми.

— Я же говорила, все будет хорошо! — с явным облегчением заметила Мамонтова.

— Тебе повезло, милый, — погладила меня по голове Варвара, слабо улыбнувшись, — щит смягчил удар, поэтому рана была неприятной, но не смертельной. Мы с Софи ее уже залечили.

— Спасибо, — поблагодарил я и вопросительно посмотрел на главу рода Сузуки, который имел хмурый и раздраженный вид, — что это было Амасану-сан?

— Приношу вам свои глубочайшие извинения, Веромир-сан, — поклонился мне тот, — пока непонятна причина, по которой Миоко решила напасть на вас… Честно признаюсь, я сам в растерянности.

— Где она?

— Во втором лазарете. С ней госпожа Акиро, Хатико — сан и ее отец. Думаю, скоро все выяснится. На репутации моего рода появилось «пятно» и у него теперь долг перед родом Бельских. То, что произошло, бросает тень не только на меня, но является оскорблением императора, аудиенция у которого вам предстоит. Все виновные понесут серьезные наказания! Как вы себя чувствуете?

— Да, вроде, в порядке…— улыбнулся я, поднимаясь с кровати, — давайте не будем делать скоропалительных выводов. Может и злого умысла никакого не было…