— Бля! Нужно валить, сейчас они начнут местность прочесывать! — прошипел Кокос.

Замечание толковое, да только куда же тут денешься? Это ущелье, лишь вдоль левой стены были заросли кустов и травы, где мы с Кокосом и имели возможность спрятаться.

— Хан, есть только один шанс! Прямо сейчас… Глуши движок предпоследней машины! — Кокос толкнул меня локтем в бок.

— «Ржавчина! — негромко произнес я, глядя на передние колеса второго с конца «БТР».

Сработало, хотя визуально почти ничего не поменялось. Только движок заглох.

— А теперь… Живо за мной! — грязный как черт Кокос подскочил и словно безумный диверсант, рванул вперед, направляясь к замыкающей, поврежденной машине. Рядом с ней субъектов не было — все они собрались у завала из камней.

Потеряв пару секунд, я рванул за ним.

А дальше, Кокос повел себя настолько дерзко, что я до сих пор не могу поверить, как у нас вообще это получилось.

Он лихо запрыгнул на броню, выхватил пистолет и рыбкой нырнул внутрь «БТР». Дважды хлопнул выстрел. Мгновение. Еще два выстрела. Я сунулся туда же, но тут наружу вылезла седая голова интрудера.

— Чисто. Лезь скорее!

И тут нас уже заметили. Попробуй не услышать выстрелы в пустом ущелье, где эхом разносит звук так, что хочешь не хочешь, а все равно услышишь.

Я быстро влез, потянул за собой люк, но передумал. Грохнуло.

Кокос спихнул с места труп мехвода. Взревел движок бронетранспортера.

— Это что, угон? — подумал я, но возможно, произнес это и вслух.

По броне застучали пули.

— Дерьмо, они на нас башни разворачивают! — выругался Кокос.

Я высунулся из люка, увидел крайнюю машину, у которой медленно поворачивалась башня.

— Ага, щас! «Ржавчина»!

Готово. Механизм заклинило.

А вот остальные машины я уже не разглядел. По мне открыли такой огонь, что я едва без головы не остался. Одна из срикошетивших пуль, мне даже кожу с черепа содрала. Неприятно, но не смертельно.

Кажется, основное вооружение машин — это тридцатимиллиметровые автоматические пушки… Сомневаюсь, что наша броня выдержит. Лобовая еще возможно, но борта и корма… Такое себе.

Интрудер ловко сдал назад и маневрируя, двигаясь задним ходом, уверенно отрывался от бегущих к нам Пираний. Но вот развернулась одна башня, загрохотала пушка. Разадался оглушительный грохот и лязг — удивительно, но броня держала. Впрочем, продолжалось это всего-то секунд семь-восемь, после чего нас прикрыла большая скала.

— Все, валим! Валим! — Кокос развернул машину и до пола выжал газ, направив «БТР» прямиком к выходу из ущелья, а дальше к руинам нефтеперерабатывающего завода. И откуда седой умел управлять такой дурой? Не танк конечно, но все же.

А Пираньи рванули за нами. К тому времени, когда мы миновали уже почти восемьсот метров, из ущелья показались те пять машин, что мы заблокировали в ущелье. Выбрались, твари. Ну, оно понятно, какие-то дерзкие отморозки отжали у них машину — такое нельзя спускать на тормозах. Вот они и погнали в полном составе.

— Что будем делать? — крикнул я. — Вооружения у нас нет, мы вот вот превратимся отличную мишень!

— Есть идея.

А идея Кокоса заключалась в том, чтобы максимально быстро добраться до завода и скинуть «БТР» там, создав имитацию того, что это дело рук прячущихся внутри мародеров. А самим, тихо уйти, оставив хозяев нефтеперерабатывающего самим выяснять отношения с субъектами.

План хорош.

В общем-то, получилось.

С грохотом протаранив ворота КПП, наш бронетранспортер влетел в стену главного здания, при этом еще и снес опоры магистральных труб. Грохота получилось столько, что даже мертвого из могилы подняло бы. Впрочем, в Бастионе, мертвые не из могил встают.

— Все, уходим! — мы покинули машину и прикрываясь умением Кокоса, укрылись в восточной части комплекса, среди гор ржавого металлолома.

С одной стороны приближались пять бронетранспортеров, на броне которых сидели разъяренные Пираньи, с другой стороны полезли любопытные мародеры. Хоть и потрепанные, они представляли собой довольно серьезную силу. Завязалась перестрелка, в которой преимущество явно было на стороне Пираний.

Однако выбраться с самого завода нам оказалось сложнее, чем я думал. Вся территория была обнесена высокой бетонной стеной, перелезть через которую, оказалось почти невозможно. Выходов было всего два, один, он же вход, уже занимали Пираньи, другой оставался за мародерами. У даже них имелась легкая техника в виде двух пикапов с пулеметами. Но бандиты даже не подумали благоразумно ее использовать. Что пикап сделает против «БТР-90»? Ничего. И мародеры, будучи людьми, а не субъектами, это понимали. Их и было раза в два больше, кроме того на вооружении имелись и гранатометы, которые вполне могли разворотить броню.

Разгорелась нешуточная схватка. Одни не могли понять, кто на них лезет, а другие хотели отомстить.

Послышалась плотная стрельба, заработала одна автоматическая пушка, затем другая. Грохнул взрыв. Загорелась одна машина. Что-то рухнуло.

— О, началось! Это конечно, хорошо, но что дальше? — спросил я, когда мы с интрудером укрылись за ржавыми деталями старых машин. — Вперед мы не пройдем, да и мародеры, разбираться не будут, просто накроют нас плотным огнем и все. И это понятно.