Чуть в стороне стояли командиры подразделений и его замы, обсуждающие что-то над планшеткой.

— Генерал, мы обнаружили выживших в подвале дома, — произнёс один из них, отдав командиру честь.

— Наши? — с надеждой спросил командир африканской группировки российской империи.

— Нет, — отрицательно мотнул его заместитель головой. — Но двое граждан империи, а двое, как я понимаю итальянцы.

— Кто такие? — хмуро произнёс генерал.

— Двое наших-это бояре Морозовы. Брат и сестра. А итальянцев не знаем, но говорят один из них герцог Медичи. Они без сознания. Попали в плен на острове Крит. Пару недель назад. А Морозовы еше месяц назад были перехвачены в поезде в Берлине.

— Медичи? Это который с нашим князем путешествует?

— Он самый, а Морозовы как мы поняли слуги нашего князя.

— Сам он где? Жив хоть?

— Жив…в доме…у тела Хелы, — с тоской произнёс помощник. — Погибла девочка.

— Погибла… — повторил генерал, не веря своим ушам.

— Как и её команда, все тела в доме. Там есть правда тело одного неизвестного, без головы…мы пока не знаем кто это.

— Это Альтаир, его мозги сейчас на моей подошве. Уберите его тело, подальше.

— Хорошо.

— И князя в штаб везите…

— Есть! — козырнули военные.

В себя я пришёл от мокрой тряпки, которую мне положили на лоб.

Распахнув глаза, я с удивлением смотрел на сидящую передо мной девушку.

— Ты призрак? — улыбнулся я. — Или сон?

— Думаете? — улыбнулась Анжелика Морозова, убирая непослушную прядь с лица.

— Уверен. Тебя тут быть не должно.

— Как и вас, — кивнула девушка. — Хотите чай? Мама, всегда говорила, что чай— это лучший способ прийти в себя.

— Хочу, — кивнул я, не отрывая своего взгляда с её лица.

— Только тут сладкого ничего к чаю нет, — расстроенно произнесла девушка, поднимаясь на ноги.

— Из сладкого я предпочёл бы твои губы… — вырвалось у меня.

Анжелика, резко замерев, покраснела до кончиков волос.

— Что вы сказали? — проговорила она, несмотря на меня.

— Твои губы…

Но закончить мне не дали. В комнату ворвался мой старый знакомый.

— Сестрёнка, там завтра подали, может, ты…О князь, вы уже очнулись?! — увидев меня, озырек радостно и искренне улыбнулся.

— Так это не сон? — прикусил я губу и покраснел на красную как рак девушку.

— А должен быть? — растерялся парень.

— Да нет…Всё, забудь, — тряхнув головой, я, усевшись на кровать, посмотрел на Морозова. — Откуда вы тут?

Переглянувшись, брат с сестрой кивнули другу-другу.

Рассказ Морозова занял несколько часов.

Они успешно добрались до Санкт-Петербурга и достаточно быстро смогли договориться с известным домом Мадам Веню.

Куда любили захаживать влиятельные промышленники и служащие канцелярии. А уже через них, Морозовы получили доступ в один из закрытых клубов.

Клуб «Диоген». Места отдыха элиты империи.

И уже там Козырёк, смог договориться на поставку первой партии.

А на обратном пути, во время пересадки в Берлине их арестовали, по выдуманному обвинению, а позже и вывезли в Александрию, где они просидели в подвале у Власова.

Козырёк рассказал и о судьбе моих морских спутников.

Потомок Германского императора вместе с сыном были живы и относительно здоровы.

А сын герцога Медичи, погиб. Альтаир убил его, когда они попытались сбежать.

Разговор прервал вошедший Печкин.

— Морозов!.. О! Князь, вы очнулись? Как самочувствие?

— Вашими молитвами, — развёл я руки.

— Вот и отлично. Что у вас там произошло? А то я чувствую себя идиотом не понимая, что вообще привело туда и как они все погибли, а вы смогли выжить— спросил генерал, усевшись на стул.

— Как я выжил и сам до конца не понимаю, — Не стал я вдаваться в подробности. — Меня бросили на втором этаже, когда сломали рёбра, а когда я смог спуститься вниз, они все погибли.

— Но вы здоровы как бык, не считая пары порезов, у вас нет ничего такого… — серьёзно произнёс генерал впиваясь своими глазами в моё лицо.

— Значит, я заблуждался, — пожал я плечами подумав его взгляд.

Помолчав пару минут, генерал кивнул.

— Продолжайте. Меня очень интересно, зачем вы вообще к нему поехали.

— Хотел узнать, почему он перешёл на сторону противника и лишил наш… То есть вас нефти и поставок припасов.

— Вы шутите? — лицо Печкина, выражала огромное удивление.