«Вот же ересь!» - Но, тем не менее, что-то в этом было. Какой-то тревожный знак. Какая-то странная магия, «запах» которой Бармин чувствовал даже на расстоянии.

Ингвар подошел к жене, как раз перед очередным танцем, и, разумеется, «наш пострел везде поспел», потому что красавчик тоже был здесь и снова нагло или, лучше сказать, бесцеремонно, - потому что прямо на глазах у мужа, - атаковал Ольгу. Похоже, здесь уже было дело принципа. Инкуб он или нет, но этот хлыщ явно не привык к отказам, и поведение женщины попросту выводило его из себя. Оттого, пожалуй, и перешел к откровенной грубости, схватив, в конце концов, супругу Ингвара за руку. Зря он это сделал, но, судя по реакции присутствующих мужчин и нескольких молодых дам, как бы случайно оказавшихся поблизости от места, где произошел инцидент, рвение кавалера, - его направленность, - было отнюдь неслучайно. Было похоже на провокацию, тем более, что и княжич Олег со своими прихвостнями тоже был тут как тут. Отирался, сукин сын, поблизости, бросал презрительные взгляды.

«Бред какой-то, - мысленно пожал плечами Ингвар.
– Здесь что, никто не знает, насколько я силен? Они все самоубийцы или только этот инкуб хренов?»

Можно было вежливо попросить отпустить Ольгину руку, но обстоятельства к этому не располагали. Напротив, хотелось ударить красавчика в лицо, свернуть ему нос, разбить губы, поставить фонарь под глазом, но, увы, это тоже было невозможно, поскольку избыточно. Поэтому Ингвар попросту перехватил руку наглеца, сжав своими сильными пальцами довольно-таки узкое запястье. Инкуб вскрикнул, - то ли от неожиданности, то ли от боли, - и обернулся к Ингвару. Руку женщины он, впрочем, отпустил, не до того стало.

– Вы с ума сошли сударь?! – воскликнул, с выражением оскорбленного непонимания на красивом лице. – Вы делаете мне больно!

– Серьезно? – спросил Бармин, еще сильнее сжимая руку самоубийцы. – А моей супруге, стало быть, больно не было?

– Ваша супруга? – нахмурился мужчина, а Бармин вдруг понял, что нисколечко тому не больно, все игра. Актерствует мерзавец. – Да, как такое может быть, сударь, чтобы такая красавица, да еще и сильный маг вышла замуж за неграмотного слабосилка?

– Вот как? – Бармин был непоколебимо спокоен. – Неграмотный, значит?

– Ну, так вы же на Груманте выросли, - хмыкнул в ответ негодяй. – Сиротка и все такое…

Наглец явно глумился над Ингваром, нарочито привлекая внимание гостей князя Изборского.

– То есть, вы знаете, что я вам не сударь, а Светлейший князь? – как ни в чем ни бывало продолжил Бармин расспросы. Он уже понял, что вся эта мерзкая сцена была срежиссированной. Вот только зачем?

– Знаю, не знаю, какая вам разница? – Ответ инкуба подтверждал подозрения, тот явно провоцировал вызов.

– Есть разница, - усмехнулся Ингвар. – Если, к примеру, захочу вызвать вас на дуэль, а вы вдруг окажитесь подлого сословия?

– Я дворянин! – Ну, кто бы сомневался.

– Дворяне тоже разные бывают, - пожал Бармин плечами.

– Я старший сын графа Потоцкого.

– А имя у старшего сына графа Потоцкого есть?

– Казимир Августович Потоцкий, и отпустите, ради бога, мою руку!

– Вы какого бога имеете в виду? – поднял бровь Ингвар. – Вашего или кого-то из моих?

– Бог один!

– Нет бога, кроме аллаха? – с откровенной издевкой спросил Бармин.

– Да, пусть бы и аллах магометанский, - поморщился Потоцкий. – Все не ваши демоны паганские!

Такого откровенного «наезда» на свою религию и на себя любимого, Ингвар в этом мире еще не встречал. Мало того, что слова отвратительные, так еще и ненависть нешуточная звучит в голосе. Искренняя ненависть.

– Вы в своем уме, Потоцкий? – Пока длилась эта безобразная сцена, к ним подошел сам хозяин дома.

– Если позволите, Иван Игнатович, я сам, - взглянул Ингвар на князя Изборского.

– Что ж, извольте, - поморщился князь, неохотно позволяя Ингвару самому разрешить конфликт.

– Итак, дуэль, - кивнул Бармин, возвращаясь к Потоцкому. – Считайте, сударь, что я вас вызвал. Выбор оружия и условий дуэли за вами. Слушаю вас.

Похоже, такого оборота «графеныш» не ожидал. То есть, дуэль явно была целью его эскапады. Однако, вопреки ожиданиям, все получилось неожиданно легко и слишком быстро. А значит, домашние заготовки приходилось отложить в сторону и переходить к импровизации. Но вот этого Потоцкий как раз и не умел.

– Тогда… - сбился он с мысли и в поисках поддержки обернулся к Олегу Изборскому. – Тогда я…

– Казимир Августович, - вмешался тот, - хочет сказать, что вместо себя выставляет на поединок меня. Мне теперь и вести с вами переговоры.

– Вообще-то, переговоры ведут между собой секунданты, - поправил Бармин княжича, - но да пребудет с вами ваш бог. Я готов обсудить все технические вопросы с вами. Прямо здесь прямо сейчас, но, если позволите, мне нужно коротко переговорить с супругой, а затем с вашим отцом. Это не займет много времени.