Лицо красноволосой тут же стало пунцовым.

— Да как ты смеешь! Сейчас я тебе!

Её гневный кричащий рот заткнули его губы.

Глаза японок, стоящих рядом охренели. Но как охренела Юна, когда язык Томи проник в неё, а пальцы скользнули по бёдрам.

— Отпусти её! — пришла в себя Тиана. Нори тоже бросилась оттаскивать бедную Юночку от Томи.

Они отцепили красноволосую от Томаса, хотя он её и не удерживал.

— Что творишь?! Больной?! — возмущалась Тиана.

На них уже поглядывали посетители… Но охрана пока не вмешивалась.

— Ты — покойник! — чуть не засмеялась в голос Нори. — Ты хоть знаешь кого тронул?!

Юна стояла краснее своих волос. Она смотрела в пол, сжимая до боли кулаки.

— Поединок. — пробурчала она от злости.

Подружки посмотрели на неё, понимая, что дьявол поистине просыпается.

— Юночка, всё нормально, мы разберёмся… — пыталась успокоить красноволосую Тиана.

— Да, Юна-тян, я уже отправила сообщение, охрана сейчас прибудет… — затараторила Нори.

Юна подняла взгляд, посмотрев Томасу в глаза:

— Сразись со мной. Слизняк.

— Не слизняк я. И не хочу. — пожал плечами Томи и отпил через трубочку виски.

Как же раздражающе это было, особенно в данный момент, особенно для Оридзава Юны…

— Трус. — ответила она с высокомерием и злобой.

Томи поскрёб висок под шапкой, потёр глаза.

— За что-то я бы и сразился, а просто так — бьются лишь глупые мужчины. И женщины. — добавил он будто с издёвкой.

Между ним и Юной словно натянулась струна, казалось, если Томи сейчас не так моргнёт или вздохнёт, Юна бросится на него как бешенный бык.

— Деньги? — чуть поразмыслив предложила красноволосая.

— Скучно. — безынтересно произнёс Томас. — Как насчёт поцелуя? Мне понравилось. — провёл он пальцем по своим губам.

«Он провоцирует… провоцирует… но как же бесит! Ненавижу! — боролась с мыслями красноволосая. — Я поломаю его как мусор. Будет знать! Чёртов слизняк!»

— Согласна. — всё-таки ответила Оридзава.

— Юна… — удивились подружки.

— Официант! — поднял Томас руку.

К нему подошёл тот самый япончик.

Томи достал несколько купюр, положил на стол и поднялся.

Японец увидел многим больше чем положено, поблагодарил.

— Благодарю, Господин, приходите ещё.

— И тебе спасибо, виски отменный. — Томи натянул медицинскую маску, поправил пальто и шапку и направился на выход, Юна с подругами пристроились за ним.

Все вместе они вышли на улицу. Снег всё сыпался с небес, кружась под светом ночных фонарей Токио.

— Веди. — сказал Томас, понятия не имея где будет поединок. К ним внезапно подбежали с десяток человек.

— Госпожа Нори! — склонился телохранитель. — Приказывайте!

Крашенная японка указала глазами на Томаса:

— Преподайте ему урок послушания.

— Нори. — произнесла сухо Юна. — У меня поединок.

— Но, Юна, разве не проще наказать его моими людьми, зачем пачкать руки?

— Эй, — стоял спокойно Томи. — Скорей это я испачкаюсь о твоих людей, как и от тебя.

— Что?! Как ты смеешь так говорить?! — бросился на него телохранитель. — Умри!!!

Якудза подскочил к Томасу. Взмахнул правой ногой, пробивая ему в голову, но Томи схватил рукой его туфлю и сжал пальцы.

Щёлк.

Сломалось что-то в ступне бойца.

Томи подсёк его опорную ногу. Японец рухнул в снег, пока не прочувствовав от адреналина боли.

Охранники Нори переглянулись и активировали оранжевые пояса.

— Правильное решение. — сказал Томи.

На него тут же налетел второй и третий боец. Первый так и пролетел в прыжке, что-то прокричав… Томи, уклонившись, пнул его под зад прямо в воздухе. Второго рванувшего на него азиата, сбил ударом предплечья, как в реслинге, ударив в грудь. Оба якудза распластались на дороге, так и не зацепив Томаса. Да и он был милосерден в данный момент, не желая никого убивать.

— Урод!

Взревел боец в солнцезащитных очках.

— Мочи его!

— Вместе, мужики!

Бойцы бросились на Томи всем десятком.

Но всё тщетно…

Словно щенки они раз за разом бросались на волка, но улетали обратно в снег.

Романов играючи отводил их удары, ставил подсечки, сталкивал между собой. Когда последний из охраны упал и был не в силах подняться, Томи отряхнул пальто, будто от пыли, поправил шапку и направился к Нори.

— Нет… не подходи… — пробормотала в испуге крашенная японка.