— Ребятишки, разве не хотите увидеть кончину своего господина? Смотрите в оба. — высвободил он ауру на всю мощь, не давая ни единого шанса подняться, и повернулся к саду.

Трое бывших членов ордена, перепрыгнув гостей и установленные стулья, оказались у деревьев. В руках мечи, под масками улыбки, приятно было вспомнить — какого это загонять жертву, ещё и в её владениях. Они неспеша окружили Томаса, не давая ему и шанса на побег. Анакоджи, перепрыгнув стулья четвёртым, встал перед Томасом, желая поговорить напоследок:

— Видишь, Демон, как бывает в жизни. — вытащил он из ножен меч "сикомидзуэ". — От судьбы не уйти. День твоей свадьбы станет днём твоей смерти. Но. Если встанешь на колени и вымолишь пощады, — указал он на Томаса кончиком клинка. — Я подумаю, чтобы сохранить тебе жизнь. Но я лишу тебя руки и всего клана. Понимаешь, как щедры вепри? — ухмыльнулся глава ордена.

— Ты думаешь, я боюсь умереть? — приподнял Томи голову, с презрением посмотрев на Анакоджи сверху вниз.

Вепрь ухмыльнулся, сузив глаза:

— Все боятся смерти. Одни лишь честно признают это, другие же нагло врут.

Томи вздохнул. На его лице показалась улыбка:

— Анакоджи, ты никогда не стал бы Чемпионом Астарии…

Улыбка слетела с лица Томаса, его беспроглядные чёрные глаза показывали лишь бесстрашие. Последний бой. Неравный. Без шансов на победу. И он это понимал — от четверых мастеров не отбиться… Ему повезло, что тот старикан пялится сейчас сюда, не давая его жёнам и друзьям подняться и зря умереть… Сотни людей так же смотрели в сторону сада, глядя на последнее представление бывшего чемпиона. В их же глазах — это был молодой паренёк. Наглый, но справедливый. Грубый, но щедрый. Непредсказуемый, но искренний. И каждый в глубине души осознавал — надежды нет. Томи убьют. Но то, как он стоит напротив четверых мастеров, как расправлены его плечи, как высоко поднята голова, как неколебим голос… В сердце каждого он запомнится невероятным человеком и бесстрашным воином.

Томи изменил хват клинка и произнёс:

— Нападайте. Я заберу вас с собой. В адские кущи.

— Ты умрёшь. Прямо сейчас! — Анакоджи бросился в атаку, вместе с мастерами.

Томи сместился назад, пригнув голову и пропустив над собой жадный до крови клинок, второй сбоку — парировал мечом, как третий резанул ему спину — щедро брызнула кровь на белоснежной рубашке, летевший спереди клинок Анакоджи отбить уже не вышло, тот целился тычком прямо в живот. Но кисть Томаса, вцепившись в его клинок, остановила яростный выпад, распоров ладонь до костей. Анакоджи злобно проскрипел зубами, вдавливая меч сильнее. Томи отбил ещё одну атаку противника мечом, как с другого бока чавкнуло…

— ТОМИ-И-И!!! — прокричал кто-то из девчонок.

Танто вепря вошло ему между рёбер, проткнув лёгкое.

— Кх… чёрт…

Тут же влетел меч сзади, проткнув печень, следующий пробил солнечное сплетение. Но меч Анакоджи так и не приблизился к телу паренька.

— Да сколько в тебе силы?! — покраснело лицо главы ордена от напряжения.

— Не тебе… забирать… мою… жизнь…

Ещё одно сквозное ранение, и Томи больше не отбивался. Было невозможным уйти от совместных атак мастеров. Он это знал, но не мог сдаться. Таков его выбор… Выбор Чемпиона…

Его изодранная в клочья рубашка покрылась густыми пятнами крови. Изо рта с кашлем вырывались чёрно-алые струйки. Чёрная дымка слетела с глазных яблок, вернув им прежний оттенок.

— Вмх… вмх… — захрипел Томи от предсмертной судороги.

Меч Анакоджи подался вперёд, прорезая ладонь Томаса всё сильнее, и наконец, пальцы парня расслабились… клинок достиг его груди.

— Вот и всё. — вытащил глава вепрей меч из тела Томи, остальные ниндзя поступили так же.

Томас, выронив из ладони скользкую рукоять чужого меча, стоял не в силах даже пошевелиться. Его туловище изливалось кровью, как продырявленный шар с красной краской. В глазах темнело. Он не мог вздохнуть, чувствуя как лёгкие заполняет кровь.

— Нееееет!!! Нееееееет!!! — ползла Арина к нему, вытягивая ладонь вперёд.

— Томи… Томи… — с переполненными ужасом глазами смотрела Айка в его сторону, пытаясь подняться.

— Нет… нет… нет… — искусала Юна все губы в кровь, державшись за стойку регистрации. Она смогла привстать на ноги, но примчаться к нему была не в силах.

— Вставай… Ханако… мы должны помочь… — лились слёзы из глаз Аделины, обессиленная зеленоволосая рыдала рядом.

Моргана, с ужасом в глазах, пыталась выдавить из себя хоть слово, но в груди всё сдавило…

Томас рухнул на колени. Его голова опустилась на грудь. Он больше не дышал.

Анакоджи увидел его последний вздох, пусть на мгновение, но его восхитила стойкость этого паренька, такой храбрости можно только позавидовать. Вепрь вложил клинок в ножны, отряхнул форму от пары упавших листков с дерева и направился к гостям.

Встав возле стойки регистрации, Минаро громко объявил:

— Как видите, я сдержал своё слово! Никто из вас не пострадал! — он перевёл взгляд на кряхтевших гвардейцев и невест. — А вы, Романовы. Можете объявить нам войну, раз желаете отомстить за своего господина, но я бы не советовал.