– Сука-а-а!!! – заверещала суккуба

– Ну да, я тоже поначалу расстроился, – здоровяк закивал, – а потом понял что в общем-то ничего такого…

– Хво-о-ост!!! – Матильда перешла на ультразвук.

– Да ну, какой хвост? В жабу я теперь превращаюсь, – Рыжий стеснительно шаркнул ножкой по полу, – от испуга там или когда думаю что все – кранты.

– Хвост!!! Сука!!! – Глаза краснокожей соблазнительницы уже готовы были вылезти из орбит, – Ты мне… сука… хвост придавил!!!

Маттиас опустил взгляд вниз и увидел, что кончик хвоста Матильды исчезает под котлом.

– Ой! – бугай быстро ухватился за котел и приподнял его.

Суккуба выдернула свой помятый хвост из-под многотонного пресса и стала активно дуть на кончик, чтобы ослабить боль. Посмотрела на Маттиаса и ее глаза нехорошо сверкнули.

– Ну бл*ть, молись!

– Да какие молитвы, боги мне не помогут. Да я уже и смирился…

– Молись, сука! – на ладонях демонессы стали закручиваться огненные вихри.

Огненный шар сорвался с руки Матильды и врезался в грудь послушника, опрокидывая того на пол.

– Ты чего? – Маттиас перекатом ушел от второго файербола, – Совсем охренела?

– Испепелю! – суккуба была в бешенстве.

Она метала огненные шары как разъяренная фурия. За пару минут котельная превратилась в пылающий ад. Даже огненный Ифрит позавидовал бы такой огненной ярости. Рыжий увалень с несвойственной ему прытью скакал как кузнечик, уходя от все новых и новых атак. Пролетающие мимо сгустки пламени обжигали и опаливали кожу, но ему удавалось избегать серьезных повреждений. Очередной файербол пролетел под подпрыгнувшим Маттиасом и распался снопом искр ударившись о стенку одного из котлов.

– Ах, ты ж, жаба прыгучая! – Матильда выпустила в него веер огненных сфер.

Каким-то непостижимым образом, послушник изловчился избежать их всех. И сломанные котлы позади него приняли на себя всю яростную атаку суккубы.

Матильда тяжело дышала. Ее сильно вымотала магическая стрельба по сраному лягушонку. Она устало осела на пол, прислонившись к стене и смотрела со злостью на прячущегося от ее гнева послушника. Маттиас выглянул с опаской из-за одного из сломанных котлов. Посмотрел на сидящую на полу измотанную суккубу. Вышел из-за укрытия.

– Ты это, ну извини, короче. Я ж не специально…

Матильда устало показала ему средний палец.

В коридоре послышался топот ног и дверь в котельную распахнулась. Внутрь забежала парочка гоблинов с длинными копьями, размахивая ими в разные стороны. Следом вошел Яков Манн и обеспокоено спросил озираясь вокруг:

– Что за шум? Что случилось? Весь Дом трясло!

Матильда хотела сказать что все впорядке, что она просто учила одного дебила внимательности, но сил хватило только чтобы махнуть рукой в сторону этого прыткого увальня.

Маньяк проследил за ее жестом и замер, глядя сквозь запотевшие от сильного жара в котельной линзы очков, как котлы получившие порцию огненной ярости суккубы начали один за одним запускаться. Комната постепенно наполнялась их мерным гулом.

– Вы починили котлы?! Все три?! – лицо его было полно недоумения и счастья, – Это же прекрасно!..

*****

В полумраке, окутанная дымом благовоний, за столом сидела положив руки на светящийся хрустальный шар гадалка. Вглядываясь в струящийся внутри сферы фиолетовый туман он произнесла низким, загробным голосом:

– Входи, незнакомец! Вижу тяжкая проблема гложет тебя… – она подняла глаза, оторвавшись от созерцания магического шара, и взглянула на гостя, – А, Мигелле, это ты? – ее голос тут же стал нормальным, – С чем пожаловал на этот раз?

– Ну, меня действительно гложет одна… кхм.. проблема, – контрабандист улыбнулся, – Я присяду?

Кассандра кивнула ему и он сел за столом напротив.

– Уверена проблема не простая и срочная, раз ты решил навестить меня накануне карнавала, – колдунья вопросительно приподняла бровь

– Ты как всегда проницательна, Кэсси, – гадалка фыркнула, – Проблема весьма срочная.

– Тогда, ты знаешь мои тарифы за срочность.

– Конечно. О чем речь, – Мигель положил на стол увесистый кошель.

Кассандра посмотрела на внушительный размер вознаграждения и перевела удивленный взгляд на визитера.

– Я взял смелость удвоить твой гонорар, – пояснил тот, – дело действительно непростое…

– Говори.