— Сутки оба тебе помогут, после, очкарик в себя придёт, он и будет твоим штатным специалистом, мне пофиг, что он русского не знает, — отмёл я ещё не высказанные возражения, — пусть по ночам учит, выделю эликсир памяти. Вижу, что зашился совсем, — глянул я в глаза СБшника, — дальше будет только тяжелее, как люди узнают, что у нас Лис архимагом стал, вот тогда писец и наступит!

— Поверить не могу, — с улыбкой от уха до уха, сказал Марат, — Виктор Емельянович — Альфа, в мире их всего 10 человек было, теперь только у России два!

— Ты хрен с редькой не путай, — опередил моё возмущение Иван, буквально снял фразу с языка, — не знаю, сколько у России, а у НАС один! Архимаги отнюдь не бессмертны, мало нам врагов внутри страны, теперь со всего мира полезет шваль, желающая грохнуть Супера и получить за это плюшки от сильных мира сего, начиная от короля Англии — вплоть до князьков всяких папуасий. Сюда прибавь желающих прославиться, дураков, авантюристов, аферистов.

— Как у тебя дела с армией обстоят, — перевёл я разговор с больной темы, и не удержавшись съязвил, — мечтатель.

— Развернул полевой лагерь, веду предварительный отбор. Командир толковый нужен, взводных найти не проблема, с ротными тяжело, а командира полка и нач. штаба, — Марат развёл руками, — я всю жизнь специализировался на точечных операциях, не потяну полноценные боевые действия, наши старые спецы уже не актуальны, кто покинул этот мир, кто по здоровью не подходит.

— Например, — спросил я.

— Станислав Павлович Фролов, 45 лет, боевой маг, водил наших солдат в Иран, Пакистан, воевал в Приднестровье, для солдат живая легенда. Потерял правую ногу ниже колена, кстати, в той заварухе погиб отец Нади, Иван Белов, а потом и мать, исламисты вырезали всех гражданских. — Марат опустил голову.

— А что они там делали, наши я имею в виду? — уточнил я.

— Михаил Романов лично просил Ивана Белова помочь своим союзникам, — ответил более компетентный Северцев, — там тёмная история потом вышла, наши сами из страны выбирались после боя, союзники нас просто бросили.

— Весело, чем больше узнаю, тем больше «добрых» чувств к вашему императору появляется. Давай съездим к Фролову в гости, Иван.

— Не будет Палыч тебя слушать, Антон. — покачал головой СБшник, — Он Лиса, и то не послушает, там характер как стальной канат. Они с Иваном Беловым дружили с детства, представляешь, какой осадок у человека остался? Их фактически на убой отправили, потом Романов публично объявил боевые действия частной инициативой Белова, глубину задницы представляешь?

Волга привезла нас к двухэтажному ухоженному домику, я разбудил уснувшего у меня на плече Ивана, смущённо извинившись, особист провёл нас через миниатюрный сад, постучал в дверь. Седой слуга уважительно поклонился и провёл в дом, ждать пришлось недолго, тот же старик выкатил хозяина на инвалидном кресле. На лице нестарого мужика выделялись жизнью только глаза, тело напоминало живой скелет обтянутый кожей, мы встали, Иван представил меня.

— Приятно познакомиться, Антон Владимирович. — склонил голову хозяин, — Простите за прямоту, по какому поводу решили навестить калеку?

— Мы набираем кадровый полк на службу Роду, Станислав Павлович. — прямо сказал я, — Пришёл просить вашей помощи.

— Марат не справляется с охраной? Зачем тебе полк юноша, десять рот для охраны особняка, это не просто перебор, ты станешь посмешищем всей страны.

— Может, предложите присесть, Станислав Павлович? — демонстративно огляделся я, — Прежде чем судить, стоит выслушать мотивы.

— Мотивы! — неожиданно сильным голосом припечатал калека и встал с кресла, плед упал на пол, штанина на правой ноге была подвязана к колену, он чуть покачиваясь стоял на одной ноге, — Я не желаю выслушивать твои страхи, сопляк. Я воин! Охранять забившегося в норку кры мышонка, — скривившись, сгладил оговорку, — не стану.

Заклинило меня сразу и по максимуму, слова почти не способны пробить мою логичность и самооценку, скажи мне: трус, никчёма, дурак, слабак, я улыбнусь клевете в лицо и спокойно найду достойный ответ. Но КРЫСА … Книга, в правой руке блеснул клинок, шаг вперёд и удар наискосок слева направо отсекает колено отсутствующей ноги инвалида, в глазах старого воина нет испуга, одно УДИВЛЕНИЕ. Разжал кисть и вместо клинка в руке системное зелье, ввёл прямо через щёку, шаг назад:

— Выздоровеешь, за крысу спрошу, за такие слова, ЛЮБОЙ ответит по полной, возрастом и былыми заслугами не стоит прикрываться.

Развернулся и вывел охреневшего расправой Ивана к машине, он порывался помочь так и стоящему на одной ноге инвалиду, но подчинился моему напору. Сели в машину, я безуспешно пытался оттереть кровь от штанины.

— Вы не правы, Антон Владимирович. Слова обидные, но, даже бить инвалида недостойно!

— Анализировать слова разучился, Иван?

— Что-то слух резануло, не хватает данных, поможете? — сохраняя официальный тон, глянул на меня соратник.