Детей переместили туда, снова вручив им телефоны, которые Эрин опять зарядил. И, кстати, зарядку он проводил прямо пальцем, что выглядело весьма удивительно. Конечно, сидение за гаджетами не заменяет воспитание, да и зрение портит — но что делать, если родителям надо заняться делами?

Закончив со стёклами, Мафил запалил оба камина и плиту. Игорь только сейчас сообразил, что в доме невыносимо холодно. Не так, конечно, как на улице, но температура вряд ли была выше пяти градусов. Впрочем, ничего удивительного — с учётом того, что на ночь внизу стёкла сняли, наверху выбили, а в детской окно закрывали доски, между которыми гулял сквозняк.

Сейчас было понятно, что порождения лезли в дом со всех сторон. В прихожей они выбили дверь, а на кухне ломились в завешенное окно. С точки зрения Игоря, было странно так рваться в дом, где есть защитники, но сам Эрин считал иначе.

— Если бы я в коконе лежал вместо Веры, всё бы у хтона получилось! — ответил он. — И сам бы обратился, и вы за мной следом.

— А теперь он затаится? — спросила Алиса.

— И не подумает… — Эрин покачал головой. — У меня на сегодня был запланирован выезд на задание. Какая-то чепуха творится на одной из ферм. И таких случаев в последнее время стало очень много. Теперь-то я понимаю, кто за всем этим стоит. Думаю, хтон будет действовать, как и собирался. Просто учтёт, что я теперь о нём знаю…

— А почему бы ему снова не напасть на дом? — уточнил Игорь. — Вдруг сегодня ночью опять попробует?

— Пока не наберёт сил, не нападёт. А силы он предпочитает набирать за пределами Лёдного: тут слишком много Порядка!.. — пояснил седой. — Пока о нём не знали, у него ещё был шанс. Но я сообщу в городское управление, и там примут меры.

Когда совсем рассвело, уставшие люди устроили перерыв в уборке. К тому моменту Ваня и Лиза уже уснули на кровати родителей в обнимку с телефонами: сказалась бессонная ночь. Конечно, Игорю тоже спать хотелось. Да и Алиса тихонько зевала. Но на улице утром начало сильно холодать, и законопатить щели хотелось сразу.

— Зачем ему вообще уничтожать узел? — спросила Алиса. — Ведь хтон тогда тоже погибнет… Или нет? Я ведь правильно понимаю: Хаос уничтожает всё?

— Тут у тебя две ошибки, — заметил Эрин. — Первая заключается в том, что ты, Алиса, думаешь, будто Хаос что-то уничтожает. А он может только растворить в себе.

— Но сначала нужно уничтожить? — уточнил Игорь.

— Нет, не нужно… Порядок предполагает взаимосвязь между материей и энергией. Хаос не предполагает даже разделения между материей и энергией. Сам по себе Хаос — это естественное состояние всего, что существует. Вынь из твоего или моего мира физические законы — и тут же получишь первозданный Хаос.

Эрин немного помолчал. Видимо, ждал вопросов, но не учёл усталость собеседников, а потому пояснил сам:

— Чтобы вернулся Хаос, достаточно лишить всё вокруг Порядка. Порядок — это вечная борьба против Хаоса. Но сам по себе Хаос ни с кем не воюет. Он ничего не разрушает, он ничего не созидает. Он просто есть.

— Получается, хтон — это не Хаос!.. — неожиданно догадался Игорь.

— Правильно! Хтон — это порождение Хаоса и бывшее создание Порядка. Чтобы достичь своих целей, ему даже не обязательно уничтожать узел. Достаточно его захватить. Есть целые хтонические области осколков и узлов. Там живут хтоны и порождения, у них даже есть свои иерархии.

— Зачем это Хаосу? — удивился Игорь.

— Хаос не имеет необходимости, — поправил его Эрин. — Хаос просто есть. Поймите вы, это мы ведём войну, а Хаос с нами не воюет. Он просто заполняет то, в чём не осталось Порядка. А хтоны, хоть и подчинились Хаосу, но остаются в своей основе упорядоченными существами. И порождения, кстати, тоже. И если их воля диктует им оставить себе кусочек Порядка, то так и будет. Просто они могут разрушить осколок или узел. А мы, создания Порядка, не можем.

— Совсем не можем? — уточнила Алиса.

— Не став хтонами, конечно!.. — согласился с вопросом Эрин. — Уничтожение даже самого маленького осколка, если оно было сознательным, превратит любое создание Порядка в порождение Хаоса. Игорь, вот что ты видел перед тем, как очнуться?

— Как ты пытался принести в жертву Веру, — признался Игорь, вздрогнув.

— Что за бред, милый? — удивилась Алиса. — Он же от тебя её защищал… Ты вскочил, взял нож и принялся…

— Всё верно! — поддержал Игоря седой. — Формально, по некоторым правилам миров Порядка, я вёл себя как культист. Я же… Ну я почти колдовал, а у вас в мире Порядка такое не принято, мягко говоря.

— А у вас? — уточнил Игорь.

— А это к делу не относится!.. — отрезал Эрин. — Мозг Игоря рисовал другую реальность. Псевдореальность, как это называют ваши соотечественники. Не сам рисовал, а под внешним воздействием. И в этой псевдореальности я злодей. Ты, Алиса, похоже, была моей пленницей… Кем, кстати, Джокер был?

— Волком, — ответил Игорь и, увидев непонимание, пояснил. — Диким и опасным предком собак…

— Ага… Значит, тем, кого надо уничтожить! — кивнул Эрин. — Если бы Игорь не засомневался и поверил в увиденное, эта реальность утвердилась бы у него в голове. И стала бы для него единственной реальностью. И он бы начал выбрасывать из своей жизни всё, что посягает на его псевдореальность. А здесь мысли имеют свой немалый вес, помните?