— Хорошо. Может, помочь чем? — спросил Игорь. Впрочем, больше из вежливости, чем от искреннего желания.

— Нет, — Лёха оценивающе смерил его взглядом. — Ничем ты там, брат, не поможешь…

Игоря такое отношение покоробило. Он не был ни соплёй, ни слабаком. Хотя, по сравнению с решительным Лёхой именно таким, наверно, сейчас и казался…

— Ты не обижайся! — тот успел сделать пару шагов в сторону, но снова обернулся. — Там реально дерьмо… Тебе зачем в него лезть? Насмотришься, сблюёшь, а еды и так немного. Лучше о детях и жене позаботься…

Игорь кивнул и повернулся спиной к месту аварии. Смотреть на мёртвых и умирающих было больно. Особенно, когда ничем не можешь помочь. Как мужчина, он должен был бы бесстрашно спасать раненых. А как отец семейства — в первую очередь, беспокоиться о своих. И логика подсказывала, что Лёха по-своему прав: не имея опыта, не зная, что и как делать — он мог только помешать тем, кто вытаскивал людей из машин. Оставалось лишь позаботиться о семье…

Обратно Игорь возвращался неспеша, старательно протаптывая дорожку в снегу. Когда тут пойдут жена и дети, нужно, чтобы они не промочили ноги. А дети точно промочат, потому что в голове ещё пусто. Вот только одно дело — ноги в городе промочить, где дома всё высохнет. И совсем другое — в неизвестном лесу, где замёрзнуть можно на раз-два.

В салоне машины ещё держалась нормальная температура. Ну как нормальная?.. Градусов десять-двенадцать. Но Игорь слишком хорошо представлял, сколько выдержит старый аккумулятор — в лучшем случае, ещё час. Он и так отключил всё, что можно, но это надолго не поможет. Забравшись в салон, Игорь посмотрел на семью.

— Что там?.. — начала было Вера, но мать положила ей руку на плечо, заставив прикусить язык.

— Милый, что там происходит? — строго спросила сама Алиса, глядя в глаза Игорю. — Где мы? Что удалось выяснить? Не надо молчать, пожалуйста!..

— Мы в лесу! — Игорю стало неприятно, что близкие так на него насели. — В заснеженном лесу! Лисёнок, я знаю не больше, чем вы! Вокруг снег, лес и куча разбитых «тачек»…

— Что в разбитых «тачках»? — жена привычно проигнорировала вспышку раздражения мужа, который по сравнению с её отцом был образцом выдержанности.

— А ты как думаешь?.. — хмуро спросил Игорь, и жена побледнела.

— Все? — уточнила она.

— Мне мужик там встретился. Сказал, что каждая вторая… — ответил Игорь.

— Что «каждая вторая»?

— Что «все»?

Ваня и Лиза выдали вопросы одновременно.

— Там люди погибли, придурки!.. — сердито буркнула на малышей Вера, повернувшись к брату и сестре.

— Они что, совсем умерли? — округлила голубые глазёнки Лиза.

— А ну-ка тихо! — не выдержав, рявкнула Алиса. — Договаривались же!..

— Так, слушайте… — Игорь решил, что пора вытаскивать семейный дурдом к нормальным людям. — Аккумулятор скоро сядет. И дальше сидеть здесь, в машине, нет смысла. Сейчас мы все вылезаем, берём чемоданы и идём во-о-он к тому опрокинутому грузовику! Видите, где люди собираются?

Все четверо, включая Алису, прижались носами к окнам. Видимо, высматривали грузовик и людей.

— Мы с мамой идём первыми. Ты, Вера, за нами. И приглядывай за младшими!.. — продолжил Игорь, но был бессовестно прерван дочерью:

— Ну па-ап!..

— Не «пап»! — строго ответил ей отец. — Запомните: сушиться тут негде! В глубокий снег не суёмся, в сугробах не купаемся! Мы с мамой торим тропинку, а вы идёте по ней. А ты, Вера, следишь, чтобы младшие с неё не сходили!

У девочки, которую родители всю жизнь слегка баловали, конечно же, была тысяча возражений… Однако Игорь их все жёстко пресек:

— Это незнакомое место, Вера! У нас нет лекарств, у нас нет еды, у нас нет, ядрёна вошь, даже зимней одежды!!! — рявкнул он так, как никогда при детях не делал. — Здесь от обычной простуды враз окочуришься! И если не хочешь, чтобы из-за тебя умер брат или сестра, просто пригляди за младшими!!!

У Веры в ответ на глаза навернулись слёзы. А жена посмотрела на Игоря, неодобрительно поджав губы. Малыши вообще притихли, стараясь не отсвечивать. Со свойственной детям чувствительностью они поняли, что сейчас лезть к старшим с вопросами не стоит. И даже Лиза, привыкшая всех и всегда мирить, промолчала.

Игорь проигнорировал всё. И осуждающие взгляды жены, и обиду дочери. Ему нужно было добиться, чтобы семья подчинялась и действовала, как единое целое. И у него, кажется, получилось.

— Дети, мы в тяжёлом положении… — заговорил он уже спокойным тоном. — И выживем ли мы все, зависит, в том числе, от вашего поведения. Я знаю, что вы устали и вам скучно. Но никаких игр со снегом!.. Никакого валяния в снегу! Сушиться нам негде, и сменной одежды нет. Слушайтесь нас с мамой беспрекословно… И, ради Бога, не ходите к месту аварии! Ничего хорошего там нет…