Мужик опять пристал к Сайне:

– Не хотите ли сходить куда-нибудь, молодая леди? Да хоть вот в это заведение, хотя оно и не достойно голубизны ваших прекрасных глаз!

– Нет.

– О, не стоит давать столь быстрый ответ, нам следует для начала узнать друг друга получше!

Праут посмотрела на меня и беззвучно прошептала одними губами:

– Помоги.

Ну все, конец тебе, бабник хренов, хватит играться! Я понесся на ассасина и одним ударом кулака откинул его в стену.

– Ну, что, съел?!

Рефлексы включились на полную и я успел увидеть атаку справа – три летящих ножа. Все три я отбил, ударив пальцами в середину крепления.

– Неплохо, ты и в правду силен! – воскликнул псих, который вышел… из соседнего переулка.

Иллюзия? Я сосредоточился и начал спокойно дышать, но мужик не пропал – он кинул в меня еще несколько партий ножей, одна быстрей другой, но я смог отбить все – скорость была слишком низкой.

Пара распальцовок, и какой-то стишок – передо мной уже пять Фрайсов. Гальзбург прям удивил талантом к иллюзиям. Я присмотрелся ко всем пяти силуэтам и вычислил, что явней всех – тот, что справа, а все остальные, судя по всему, лишь магическая дымка. Я полетел на правого, но мне преградил путь один из клонов и врезал коленом в живот. Я упал на землю, мое тело как будто отключилось. Четверо двойников подняли меня с земли (!) и ко мне подошел тот самый правый, сложа руки на груди.

– Чем вызвано столь яростное поведение? – осведомился он.

– Твоим поведением! – ответил я, пытаясь вырваться.

Хм, а может быть, отгрызть себе руки и вырваться? Хотя, не такие подвиги тут не прокатят – этот хрен скрутит меня за пять секунд да и не даст удрать…

– Чем же твое поведение меня смутило? Я – галантный кавалер, который, как любой другой уважающий себя мужчина, выразил свое почтение даме, что же здесь неправильного?

Блин, а что здесь неправильного? Стопэ, конечно же – это то, что Сайна попросила меня помочь. Вряд ли, если бы ей нравился этот джигит, она бы это сказала. Хотя, почему она сама не нападет? Точно, она же еще не восстановилась после того, как ее и Катона отмутузил тот хмырь в железных тапках, а значит – не сможет сейчас нормально сражаться. Тем более, когда она выходила из кафе, она даже прихрамывала…

– Неправильно, потому что у меня уже есть кавалер! – закричала Сайна.

– Да? И кто же он? Хочется потолковать с этим молодым человеком, - ответил Фрайс.

Я не видел блондинку, так как она стояла за моей спиной, но в одно мгновение лицо Гальзбурга изменилось и он тут же растворил своих теневых клонов.

– Ну, раз уж такое дело, не имел права, прошу прощения. Джейдан, ты ведь мужчина, ты должен был сразу сказать мне, что мое поведение неподобающе и я переступил все границы.

– Я это и пытался сделать!

– Ладно-ладно, мне надо еще забрать вашего друга и мы все вместе отправимся в путь.

– Куда? – спросил я.

– В деревню неподалеку отсюда, - ответил настоящий псих, прости меня мой дорогой дядя! – там обнаружили что-то странное. Со слов крестьян неясно – некромантия это или просто банда разбойников, так что будем разбираться. Ну, не буду вам мешать!

Ассасин пошел в сторону здания библиотеки.

– Спасибо, - сказали мы хором друг другу.

– Да пошел(ла) ты! – опять хором.

***

– Что я пропустил? – спросил Катон.

– Н-и-ч-е-г-о, - процедила сквозь зубы блондинка.

– Тогда почему сестра такая злая? – спросил он.

– Между прочим, я - твоя кузина, а это не совсем сестра, так что фактически мы не полные кровные родс…

– Прекрати цитировать лысого из бразз… - закричал я.

– ТИХО! – перебил меня псих, - мы уже у ворот деревни, а здесь очень боятся с недавних пор громких звуков.

– Почему? – спросил Бруствер.

– Сейчас узнаешь.

Ворота нам открыли два высоченных широких деревенских парня с вилами в руках.

– Это самое, не заходите, староста ща придет.

– Погодите, они что, бояться пустить нас внутрь? – спросил я, - и с каких это пор в деревнях начали возводить крепостные стены?

– Здрасте, здрасте, очень вам рады! – заголосил староста, высокий бородатый мужик, но внутрь все равно не пустил, - дело такое: пошла как-то за грибами бабка нашего кузнеца, если не ошибаюсь, то две недели назад, и услышала, шо воет хто-то в лесу не человеческим голосом. Мы, ясен пень, подумали, шо это старухе померещилось да и пошел сам кузнец. Прибежал назад – лыца на нем нет, весь красный и шепчет: леший, леший! Вот и мы с мужиками, да с факелами пошли в лес, дабы ентого лешиго забить, а он как гаркнет, как начнет ветки ломать – такого страху натерпелись, шо коленки трясутся. Вот и стену в дерёвне построили, шобы баб да детишек защитить от супостата.

– Свежо преданье, да верится никак, - сказал я, - ну, пошлите, посмотрим на этого лешего.

– Думаю, это будет самым верным решением в данной ситуации, - сказал Фрайс.

Лес был неподалеку – всего-то пара сотен метров, полкилометра максимум. Мы дошли до него очень быстро и шли уже минут двадцать, но не слышали никаких звуков.

– Блин, ребят, пошлите-ка назад, а? – сказал я.

– Блин, ребят, пошлите-ка назад, а? – повторил за мной псих.

– Пошлите-ка назад, а? – сказал Катон.