— Папа! Ты опять за старое! — сказал резкий девичий голос

Юрий вздрогнул! Он как школьник, который играл со спичками, очень виновато посмотрел на дочь.

— Юля, ты опять не спишь! Ты ведь болеешь, нужен режим сна! — твердо настоял Юрий, попутно маскируя неловкость.

— А ну живо в постель, сам тут разберусь, — Строго, но заботливо произнёс он.

— Папа, я не болею, а умираю от рака, – спокойно сказала Юля, — Так что, называй вещи своими именами, — добавила она, ловко отбирая колбасу. Она взяла хлеб из хлебницы, и начала нарезать бутерброды.

— Папа, у тебя тяжёлая работа, ты ведь пхаешь на моё бесполезное лечение, — отвлёкшись сказала она, — Я позабочусь о тебе пока смогу, — ещё маленькая, но уже взрослая девочка улыбнулась.

Юрий сел на стул с каменным лицом, — Оно не бесполезное, — Юрий посмотрел в глаза дочери, и дрогнул, — Я пойду умоюсь, доченька.

— Хорошо, папа.

Юра зашёл в ванну, достал пачку таблеток, и трясущимися руками выколупывал таблетки, а после запил кашу из лекарств водой из крана. Руки набрали холодной воды в ладоши, и плеснули на лицо.

Юрий посмотрел на себя в зеркало, он паршиво выглядел, — Всё ещё может наладиться, — тихо сказал сам себе.

Вернувшись в кухню Юрий посмотрел на стол. На столе уже стоял кофе и тарелка с бутербродами. А Юля пошла в свою комнату спать.

Мужчина даже боялся есть бутерброды, это был некий символ заботы и напоминанием зачем он ещё жив, ради своей дочери, — промелькнуло в голове Юрия.

Собравшись с мыслями он поел бутерброды, запив всё горячим кофе.

Юрий накинул пальто, одел старенькие ботинки и подсушился любимым одеколоном, который подарила дочь.

— Ну с богом, я пошел! — сказал сам себе.

Юрий тихо закрыл дверь, а маленькая девочка вышла из своей комнаты, она просто смотрела на пустой коридор.

«Переулок»

Юрий припарковал авто рядом со своими коллегами. Он наблюдал как новички бегали блевать в укромное место.

— Хм... Что там за жесть такая?

Юрий вышел из машины, пойдя спокойным шагом к переулку, он пролез под лентой.

Среди пяти работающих людей в переулке, Юрий сразу приметил своего жизнерадостного коллегу Дениса, он на целых двадцать лет младше, они весьма хорошо общались.

Денис пришёл в органы три года назад, и разбавил собой полудохлый коллектив. Чертовски красивый черноволосый, зеленоглазый везучий ублюдок, в хорошем смысле этого слова.

— Юрчик, надеюсь ты не кушал, — улыбаясь сказал он.

Юрий мельком кинул взгляд на жуткую картину и скривился, а после кивнул приметившим его коллегами, — Ел... Но пока не мутит.

Юрий присел на корточки около трупа, он взял палочку с пола, и приподнял ей ошмёток одежды трупа в области живота. Его живот явно вскрыт, вокруг шеи обмотанные собственные кишки, глаза выколоты, а на штанах мокрое пятно. На лице застыла окоченевшая гримаса ужаса, полностью изуродовав все черты.

— Ну и пиздец тут произошел... — Юрий поднялся и пристально взглянул на второе тело. Волосы местами седые, ноги переломанные, руки вырванные, и брошенные рядом, а лицо... Лица попросту нет... Словно бомбой ебануло, разорванное, челюсть вырванная, — Боги... Да как такое можно сделать, ещё и тихо.

Юра не верил в бога, но перекрестился.

— За двадцать лет работы такого точно не видел, — Юрий глянул на Дениса, — Что смогли накопать?

— Ну, почти всё, кроме преступника, — Денис говорил улыбаясь, — Ты не поверишь! Камеры магазинчика напротив засняли ужасы с мистикой.

— Вот глянь, — следователь передал планшет коллеге.

«Экран»

Два невзрачных мужика стояли в скудном переулке, один лицом к камере, другой лицом в стену. Подельник ворошил женскую сумку, другой жестикулируя что-то говорил — неожиданно зажглись красные огоньки в темноте, за ними ступила нога и показалось неразборчивое лицо, поеденное морщинами, через мгновение образ стал чётче Скрюченный старик, с очень страшным лицом, и острыми когтями. В простенькой молодёжной одежде, джинсы, майка, да кроссовки, это создавало странный контраст.

Старик вонзил палец в стену, он медленно пошёл — блик... Его рука уже во рту мужика, нога ударила по ногам — блик и рука в животе второго мужика, и полезли кишки наружу, и шею обмотали; и рука старика поднялась тому висельнецей став. Дёргался мужик, горло царапал, пока пальцы не пробили глазницы, упала туша мужика.

— Не верю, не реально... — говорил Юрий продолжая смотреть в монитор.

— Может сектант в маске под наркотиками, или стимуляторами... Мы даже вдвоем так мужика не подвесим...