— Присаживайтесь, Григорий Мстиславович, — усаживаясь обратно на свое место, вновь указал мне на свободный стул офицер, возвращая себе благожелательный вид, на мгновение спавший с него. — Мне пришло уведомление от Петра Мироновича о вашем удивительном случае. Смена дара после ранения — такого на моей памяти не было никогда в истории.

— Все случается впервые, — стараясь держаться непринужденно, пожал я плечами.

— Действительно, — улыбнулся офицер. — Меня, кстати, Алексей Георгиевич зовут. Рыков.

— Очень приятно.

— И мне, — приподнял губы в намеке на улыбку офицер. — Итак, полагаю, от вас я версий произошедшего не дождусь?.. — я мотнул головой. — Тогда мне остается лишь выполнить свою работу.

Я слегка напрягся, но зря. Рыков просто пододвинул к себе раскрытую папку, взял в руки ручку из чернильницы и посмотрел на меня.

— Когда у вас сменился дар?

— Не знаю. Когда пришел в себя и попытался создать магию на полигоне поместья, выяснилось, что дар уже изменен, — говорить про алтарь и пещеру под домом я посчитал излишним. А вот полигон для отработки магии на мой взгляд обязан быть в любом уважающем себя дворянском роду.

— Хорошо. Дальше...

— Дальше мой дед тут же свозил меня к Петру Мироновичу. Там мы и узнали подробности. Я вообще в себя пришел всего пару дней назад.

— Так и запишем, — зачеркал ручкой в папке Алексей Георгиевич. — Полагаю, вы понимаете, что я обязан вам сделать предложение перейти в мою службу? — посмотрел он на меня.

В глазах — равнодушие, словно я и сам должен знать, что он имеет в виду и почему, и ждет моего отказа. Интересно, почему?

— Не совсем понимаю, что вы имеете в виду. У меня частичная амнезия, многого не помню, — решил я чуть приоткрыться перед жандармом.

После этого он заметно оживился. Даже ручку поставил обратно в чернильницу.

— И велика ли амнезия?

— Пока не знаю ее границ. Что-то помню, что-то нет. Что-то не помню, но ощущаю смутно знакомым, — постарался ответить я максимально расплывчато.

— Хорошо. Значит, и об особенностях учета магов с предрасположенностью к ментальной магии вы не помните?

— Нет.

— Тогда я расскажу вам кратко суть, — откинулся на спинку стула Рыков. — Ментальная магия, она же магия разума — родовая магия императорского рода. Вы помните об этом факте?

— Частично. Помню, что наши императоры могут влезть в мозги, но название типа магии забыл, — соврал я.

Про то, что императоры способны управлять человеком с помощью своей магии вычитал из истории рода. А вот названия типа магии там не было.

— Так вот. Хоть дар это редкий и в нашей империи есть лишь один род, в котором он передается по наследству, иногда появляются люди с ментальным типом магии. Но хоть они встречаются и редко, но не настолько, чтобы вводить их в императорский род. Тогда бы против этого и остальные рода империи восстали, да и в самом правящем роде от наплыва «чужаков» начался бы разлад, что для империи смерти подобно. Но на учет таких людей ставят и предлагают должность в нашей службе. Я тебе даже больше скажу, — подался вперед через стол Рыков и чуть понизил голос, — если сможешь высоко подняться по службе и развить свой дар, есть не маленький шанс получить баронский или даже графский титул! Понятно, что для этого нужно отличиться, преданно служа императору, но все же.

— Как-то это все зыбко. Да и много ли таких счастливчиков?

— Хватает, — уверенно заявил жандарм. — Раз в поколение обязательно возникает новый граф, а то и парочка.

— И это главный стимул пойти на службу к вам? — скептически хмыкнул я.

— Конечно нет. Но это та морковка, к которой стремятся все. А так — при поступлении на службу ты получишь полный пансион, премии за раскрытые дела, защиту от нашей службы, если к тебе придерется кто-то из высокородных. Если правда за тобой, тебя даже княжеские фамилии не смогут тронуть, не получив проблем для своего рода!

— И где в нашем краю князья, которые могут доставить проблемы роду Бологовских? — в сомнении спросил я.

— Конечно в Твери позиции у твоего рода крепкие, хотя и недругов у вас здесь хватает, — кивнул Рыков. — Но при поступлении на службу тебя отправят на прохождение курсов в Москву, где ты уже и получишь распределение. Если хорошо покажешь себя, могут даже в столице оставить! А там и возможности выше. Ну и враги могут появиться. Все же мы — внутренняя безопасность и как это ни прискорбно, но самую большую угрозу представляют старые княжеские рода, решившие незаконным путем улучшить свое положение. Материальное, или политическое — не суть. Риск высок, но и полномочий у тебя будет много выше, чем у обычного дворянина! Да и в вашем роду еще не было жандармов. Точно запишут в летописи рода!

Рыков продолжал петь соловьем дальше, но если вначале я к его предложению отнесся скептически и хотел отказаться, то вот после того, как он сказал про Москву, в моей голове словно зажглось — вот она! Возможность свалить от старого хрыча, причем не нарушая клятвы! Уж больно не нравится мне его план, в котором я племенной бычок без права голоса.

— Я согласен! — перебил я офицера. Тот замолчал, а через мгновение расплылся в довольной улыбке. — Когда меня отправят в Москву? — тут же решил я взять быка за рога.