То, что я смог выдержать его напор, остановить кулак и устоять при этом на ногах, стало для богатыря неприятным сюрпризом. Он, скорее всего, привык быть сильнейшим, играючи сокрушать врагов, но к несчастью для него, я вволю “нажрался” этой ночью, и сила буквально переполняла меня.

— Это ты зря, здоровяк, — ухмыльнулся я и, оттолкнув его руку, врезал богатырю в морду.

Он пошатнулся, но устоял, вновь зарычал и пнул меня ногой в живот. К такому я оказался немного не готов и отлетел на пару метров, влетев в ближайшую стену и снеся несколько предметов коллекции. Очень надеюсь, что ничего ценного среди них не оказалось.

Прежде чем я успел оклематься, Молот набросился на меня, но я резко шагнул вперед, сокращая дистанцию до нуля, и сделал апперкот. Было слышно, как щелкнули его зубы, но в этот раз я не собирался давать ему поблажек, и прежде, чем богатырь опомнился, врезал правой, опрокидывая его на пол. Он закряхтел, пытаясь встать, и я нанес ещё удар в голову.

— Думаешь, что ты самый сильный, богатырь? Да ты понятия не имеешь, с кем связался.

Я подхватил его за предплечье и дернул наверх, заставляя подскочить, и врезал вновь, впечатывая его голову прямо в стену.

Его лицо было разбито в кровь, но он не унимался и попытался меня в очередной раз ударить. Совсем слабо и медленно, от такого нелепого удара даже ребенок бы увернулся, не то что я.

— Не унимаешься, да? — фыркнул я и, перехватив его руку, использовал её как рычаг и заставил Молота со всего размаху влепиться рожей в пол. — Может мне размозжить тебе голову?

Я склонился над ним, ухватил его за окровавленную бороду и…

— Дима, я думаю, с него хватит, — сердито сказала супруга. — Ты и так его победил.

Я перевел взгляд на Тамару, испуганно смотрящую на избиение своего сводного братца, плача и дрожащими руками вцепившись в маленькую сумку на своем поясе. И все бы хорошо, но Цукимару приставила нож к горлу девушке. Видимо, сестрица Молота была не настолько бесполезна, насколько могло показаться, раз супруга схватилась за оружие. Тамара там что-то говорила про то, что внучка Бабы Яги, и вполне могла знать какие-нибудь ведьминские трюки.

— Да, думаю, с него хватит.

— Кхм-м-м-м… — промычал богатырь, прикладывая к синякам лед, а Тамара тем временем уже подготовила спирт для дезинфекции ран. — А ты сильнее, чем кажешься…

— Ага, — подтвердил я, протягивая ему бокал с выпивкой. Он отказываться не стал и залпом осушил его, поморщившись. Я же взял второй бокал и потягивал его неторопливо, наслаждаясь вкусом.

Из подвала мы перешли в гостиную, где гостям было предложено место на не совсем чистом после меня диване, а я сам плюхнулся на кресло напротив. Цукимару же присела на один из подполковников, гордо выпятив грудь и положив ногу на ногу.

— Ну раз наши мужчины смогли наконец помериться достоинствами, — по-деловому начала Цукимару, чем меня немного удивила. — Полагаю, что можем поговорить уже гораздо спокойнее.

И с этими словами выставила на столик между нами закупоренный глиняный сосуд с надписью на праславянском языке. Полагаю, что это была та самая пресловутая мертвая вода.

— Это то, чего вы хотите, — подытожила супруга. — Но мой муж ясно дал понять, что не собирается так просто расставаться с тем что, как он считает, принадлежит ему.

— Меч-кладенец принадлежит… — рыча начал “Молот”.

— Ну хватит, — строго сказала ему Тамара. — Я понимаю, что тебе обидно, но мы ничего не можем с этим сделать. Сейчас этот меч принадлежит им.

— Вот-вот, послушай свою сестрицу, она из вас двоих самая умная, — хмыкнул я, допивая остатки выпивки из бокала.

Молот недовольно заворчал, но продолжать этот бессмысленный спор не стал. Всё-таки мой расчет на то, что парни вроде него понимают только язык силы, и пока им не набьешь морду, они тебя не признают как равного.

— О какой сумме идет речь? — спросила Тамара.

— Деньги меня не интересуют, — покачал я головой. — Если только у вас не завалялся миллион рублей. Но что-то я сомневаюсь…

— Я не собираюсь работать головорезом… — пробубнил Молот. — Я говорил это твоему предшественнику, говорю и тебе.

— Мне не нужен головорез, мне нужен телохранитель.

— Что? Зачем? — Ветров даже дар речи потерял, убирая лед от лица. — Ты тот ещё монстр, ни за что не поверю, что не можешь справиться сам.