— Сынок, как же мы без тебя.

И тут же отец:

— Как был раздолбаем, так и остался. Надо же умудриться пропасть без вести, рухнув в открытый канализационный люк.

Ну не-ет, это уже запретный приём. Мысли о родителях я старался спрятать как можно дальше, чтобы не сойти с ума, и не впасть в бесконечное уныние. Для себя где-то глубоко в душе решил, что сейчас нахожусь в долгом отпуске в дальней-дальней стране, но когда-нибудь обязательно вернусь. Хотя, в наше время в любой стране мира доступен скайп и телефон, поэтому подобная глупая фантазия не выдерживала никакой критики.

Не знаю, чем руководствовались бахтаки, но копали они очень глубоко, добравшись до самого раннего детства. Я бы ни за что не узнал эти голоса, если бы услышал в реальной жизни, а тут вместе с голосами ко мне приходило точное осознание того, кто именно это говорит.

Возможно, мне кажется, но фразы выбирались таким образом, чтобы указать на мои обязательства и ограничения. Внешние и внутренние. И персонажей начали отбирать всё менее и менее близких для меня. Вскоре пошли герои кинофильмов, знакомые, случайные прохожие, и каждого из них я мог однозначно идентифицировать всего по паре слов, хотя еще секунду назад даже не помнил о них.

— Ты должен соблюдать закон.

— Иногда можно и сжульничать, если никто не узнает.

— Ты не должен оскорблять других людей.

— Говори всё, что думаешь.

— Отомсти за меня!

— Месть убивает тебя так же, как тех, кому ты мстишь.

Голоса постепенно сливались в сплошной гул, на разные лады повторяя противоположные по смыслу фразы. Очень быстро я и вовсе перестал выделять отдельные слова, начав воспринимать эмоциональные волны, как это было с Мей Ли.

Желание отомстить.

Страх.

Желание сказать то, что думаешь.

Страх.

Злость.

Страх.

Радость.

Страх.

В принципе я начал понимать, что именно мне хотят сказать местные «психотерапевты». Все мои действия ограничивал страх. Что в этом мире, что в старом. И это логично. Страх — естественный защитный механизм, как в природе, так и в социуме. Я не стану оскорблять неприятного мне человека, потому что из этого может вырасти конфликт, а то и драка. Зачем пытаться мстить, поддавшись эмоциям, если можно быть выше этого и просто отпустить отрицательные эмоции?

— Какой же ты идиот и тюфяк!

А вот этот голос мне был не знаком. Прозвучал он прямо передо мной, и впервые за всё время темнота расступилась, превратившись в полумрак, и появилась мужская фигура. Подождите-ка, это же…

— Ну, привет, — криво ухмыльнулся мужчина. Не красавчик, конечно, но в целом выглядел он очень даже неплохо. То есть, так выглядел я до того, как перенесся в этот мир и получил молодое тело. И именно его голос я узнал не сразу, потому что собственный голос звучит иначе.

— Привет, — ошарашенно ответил я и тут же задал глупый вопрос: — Ты кто?

— Я — это ты, дурень, — ухмыльнулся... взрослый я.

Надо же, я и не думал, что моя улыбка может быть настолько неприятной.

— Значит, если я дурень, то и ты тоже, — заметил я.

— Само собой, — согласился взрослый я. — Но от этого не легче. Ты всё неправильно понял, речь не о страхе. Страх лишь следствие. Изначальная причина — это неуверенность в себе. Ты же, Михайлов, не станешь ничего делать до тех пор, пока как следует не подготовишься и не рассмотришь все возможные варианты. И вообще, если что-то ведет к неприятным последствиям, ты всегда постараешься и вовсе избежать любых действий. Вспомни, что было с тем парнем в институте на первом курсе, который избил тебя после пар из-за того… да черт знает, из-за чего, я сам до сих пор не знаю.

— Да вроде ничего.

— Вот именно! И ты ведь не боялся драки по-настоящему, просто решил, что за подобное можно вылететь из института. Подумаешь, получил пару ударов по лицу, даже следов почти не осталось. Проще сделать вид, будто ничего не произошло, что ты и делал последующие четыре курса.

— Ну да, это логично, — без особой уверенности согласился я.

— И безопасно, — кивнул взрослый я. — Но не ведет к укреплению характера и развитию личности. Чтобы расти над собой, иногда нужно рисковать, наплевав на последствия. Где было твоё самоуважение? Этот ублюдок ударил тебя и должен был за это поплатиться! Даже в зрелом возрасте я помню об этом случае и до сих пор жалею, что ничего не сделал, тюфяк!

Очень странно, даже я давно забыл, а он всё ещё помнит.

— Да, ты мастер забывать такие вещи. И, кстати, о забытой мести, — продолжил взрослый я. — Погонщик Трупов убил ребенка, за которого ты считал себя ответственным. Ты хочешь ему отомстить?

— Конечно!

— Убить?

— Ну… да.

— Звучит уже не очень уверенно, — осклабилось в ухмылке моё взрослое лицо. — Но допустим, я тебе поверю. И каким же образом ты это сделаешь?

— Честно говоря, пока не думал об этом, — неуверенно ответил я. — Сейчас бы самому выжить, поднабраться сил, навыков и потом…