То есть если кто-то выследит меня и зайдет за мной, то он провалится сквозь землю в глубокую яму, на стенах которых наложены руны гниения. Выжить в таких условиях почти невозможно, да и выбраться не самое простое дело.

А сбоку, в сотне метров от этого места, открывался новый вход, и все в муравейнике узнавали порядковый номер текущего входа, чтобы входить и выходить из правильного места. Ну и конечно же у самых входов оставлялись знаки, чтобы если кто был снаружи, узнал откуда войти.

Всего, входов было восемь, хоть я и хотела изначально создать более двадцати входов, но Кира меня переубедила. Не у всех есть перк «идеальная память» и столько нервов, чтобы рыскать по лесу и искать правильный вход.

Скоро я оказалась в секции, где жила моя семья. Качество освещения оставляла желать лучшего. Все-таки проводки не хватило на весь разросшийся муравейник. Но именно мой дом был хорошо освещен.

В доме была только Ольга, которой выпала очередь на сегодня остаться с малышами. Все мои дети были мальчиками, и сейчас, глядя на них, я не могла не прослезиться. Все они были прекрасными блондинами, которые мало чем отличались друг от друга.

Они с интересом слушали рассказ одной из своих матерей с открытыми ртами. На самом деле я минут пятнадцать просто стояла с мокрыми глазами и тоже слушала ту ересь, которую несла Ольга.

Она, наверное, не вспомнив ни одной новой сказки, которых в Лаире был в достаточном количестве, рассказывала детям про политическую расстановку сил в столице и их альянсы.

Я, конечно, оставила заветы, чтобы малышей воспитывали как надо с первых же дней их рождения, но не настолько же?

Первым меня заметил один из моих сыновей и поднявшись с ковра на своих еще по-детски пухлых ножках, побежал в мою сторону и стал просится на руки.

Понятия не имею, с чего вдруг такая реакция на, по сути, незнакомого человека, но я крепко обняла малыша, уже не скрывая слез и несколько секунд не могла промолвить и слова.

Ольга тоже бросилась ко мне и обняла меня. Следующие пара дней были наполнены чистой радостью и нежностью от воссоединения с семьей. Никакой похоти или других непристойностей. Я все время держала в руках одного из малышей, не в силах выйти из детской комнаты и браться за дела.

Что особенно сильно порадовало меня, так это то, что мои супруги сами никак не разделяли детей на своего и чужого. Порадовал и Дрекс, который так же любил заходить к малышам, и относился к ним как к своим детям.

Кира и Мия родили двойняшек, поэтому малышей и семеро. Я боялась, что уподоблюсь на всех стереотипных мамаш из своего мира, поэтому не буду говорить, что все дети были ангельски красивыми и очень сообразительными.

Но телячьи нежности кончились, и я вышла на инспекцию своих владений. И первым пунктом стала площадка для тренировок. Огромная комната-пещера, размером в сорок тысяч квадратных метров, где все пятьдесят бойцов отрабатывали свои боевые навыки, почти подходила всем моим стандартам.

Отсутствовали только гравитационный пол и некоторые тренажеры. Ольга и Оливия так и не смогли понять мою задумку с комнатой с повышенной гравитацией, для более усиленных тренировок солдат.

Пришлось объяснить на пальцах и даже показать на них самых, как здорово упрощает тренировку силы и выносливости моя задумка. Измученные девушки лишь утвердительно кивали головой, хотя явно были довольны, когда за пол часа смогли повысить парочку характеристик.

Алхимик пахал как проклятый, постоянно штампуя зелья и складывая их в запас. Слава богу что Мия и Лия владели магией земли, и помогали ему склянками для хранения огромнейшего склада.

Кстати, сестер из Грозового я так и не увидела. Они вошли в глубокую медитацию пару недель назад, и по плану выйдут лишь через месяц.

Вот что вызвало некую ревность и неприятие в душе, это то, что Кира чересчур сблизилась с инкубом, на почве культивации искусства Суккуба, и много времени проводила с ним. И несмотря на тренировку более чем два года, она всего лишь достигла пятого слоя.

А это возможно лишь в одном случае, если она часто теряла контроль и тупо отдавалась похоти на хую инкуба.

К чести инкуба, то хранил мне верность даже в таких мелочах, и частенько пытался избежать встречи с ней или же спровадить ее. Инкуб был единственным, кто заметил такой дефект в психике Киры, но никак не мог повлиять на это.

Пришлось провести с ней строгую беседу насчет того, что потерянные в похоти и в блядстве индивиды нам не нужны, и у нее есть только один шанс исправиться. Подумать только, она подняла все четыре единицы силы воли за более чем два года.

Я даже сперва подумала, что эта дура втрескалась в моего инкуба, и тупо изменяет мне. Не телом, а как бы душой, если вы поняли, о чем я говорю.