– А вот плохо, что не беседовали! Сашенька, - пробую «пренебрежительным» тоном и наездом вывести из равновесия, - Позвольте узнать, насколько полно вас посвятили в предназначение нашей группы?

– У группы есть какое-то «особое» предназначение?

– Здрасьте, приехали! Направившие вас сюда совсем кукухой двинулись? Каким вообще образом хрупкая и слабая девушка попала в подразделение, которому предстоят многочисленные убийства, расчленёнка и геноцид населения? Вы уверены, что справитесь с тем, что на вас вывалят бойцы после первой-же миссии?

– Это у вас такой юмор? – холодно спрашивает она.

– Девочка! Если бы так! – продолжаю давить на возраст, делая некие отсылки на непрофессионализм, - Советую сегодня-же сходить к подполковнику, узнать разрешённую часть правды, и написать рапорт о переводе, пока к вам во снах не стали приходить мертвецы, убитые нами. Тут не только у вас могут случиться нервы, я переживаю за мужиков.

– За себя не переживаете? – начала злиться.

– Малышка, про меня вообще не надо, за последний месяц я убил столько, что ты помыслить даже не можешь. И скоро их станет ещё больше. При этом никаких угрызений совести! Скажи мне честно, - я неожиданно под управляемым ускорением вплотную приближаюсь к ней, нависая и заставляя прижаться к стене, - Тебя не «просили» соблазнить меня?

– Н…нет, - но глаза делают движение от меня влево-вниз, затем испуганно метаясь обратно - врёт.

– Если «не просили», - выделяю тональностью, разворачиваюсь и отхожу, - Тогда тем более стоит написать рапорт, тебе не место тут. Хотя жаль, что не просили, я бы поддался, - добавляю в конце.

Тут она брякнула нечто вроде: кобель ебучий, слышно было плохо.

– И что? Да, я такой. Не буду списывать на некие мужские особенности полигамности. Чем-то ограничивать и связывать себя не собираюсь. Мне просто нужна девушка, которая не будет выносить мозг. Но стоит дать слабину, привязаться, вы тут же пытаетесь сесть сверху. Поэтому гораздо проще ни к кому не привязываться, а иметь замену. Вот и вся философия. Будьте так любезны, найдите время, уделите его сотрудникам подразделения. Я хочу знать побудительные мотивы работы именно в моей группе. С этим справитесь? Или всё-таки подумаете и напишите рапорт о переводе?

– Вы всегда такой грубый? Или исключительно с девушками?

– Разве это грубость? Ни капли. По-моему, вы просто резко реагируете на критику. А с девушками я чаще всего нежен. Раз уж зашла речь о девушках, пожалуй, зайду к вашей соседке, выражу всю свою нежность, - успел представить, как захожу, закрываю дверь на ключ, сажу на стол, предварительно задрав юбку, раздвигаю ножки… Вряд-ли она будет против моего наглого вторжения.

– Если вы об этой Илоне, то её уже два дня нет на базе. Так что, не получится ничего выразить, если только в ручном варианте.

«В смысле, нет на базе? При общении с подполковником он чётко сказал, что Илону никуда не переводят. Надо выяснить!»

– Мне кажется, Саша, вы завидуете своей более удачливой сопернице?

– Сопернице? В чём?

– Простите, забыл, у вас же нет задания по соблазнению меня. К сожалению, этот факт лишь усложняет вашу работу – жду результатов к завтрашнему вечеру. Если их не будет – рапорт напишу уже я.

Выдержки не нагрубить мне хватило, но это мало что меняет, вряд-ли она справится с работой по специальности, её также «засылали» сюда, ориентируя на меня.

* * *

«Ука! Тварь! Кобель! Напыщенный хам! Урод! Козлина!» - после пары минут «спускания пара», слова у Александры закончились.

«Жаль, что у вас нет задания, я бы поддался!» Хер тебе, а не «соблазнение»!

Сейчас Саша уже жалела, что поддалась на уговоры неизвестного «человека в штатском». Думала, что этот проект, наконец, вырвет её из числа многих рядовых сотрудниц Управления психологической безопасности, на погоны упадут досрочные или даже внеочередные звёздочки.

Уж с её-то интеллектом, красотой, обаянием, соблазнить мужика – да раз плюнуть! Она и так засиделась «в девках» - всё ждала принца, то есть, хотя бы подполковника на хорошей должности. Но такие давно прочно захомутаны, и готовы лишь на служебный перепих. А её время тикает в никуда.

Посмел угрожать ей рапортом! Ничего, завтра она вывернет наизнанку бойцов его подразделения, завершения этого проекта ей не хочется, всё-таки зарплата здесь в полтора раза выше, чем на прежнем месте.

«Соперница!» - чёрт, что стоило сразу же пригласить на беседу, пустить в ход женские штучки, он бы остался с ней. Но рыжая стерва опередила! А этот «экземпляр» ничего так, впечатляет. Формы, мышцы, некая внутренняя уверенность, чувство острой опасности, исходящее от него!

Когда он сегодня зашёл, где-то внутри (точнее внизу) немного ёкнуло. А как он потом навис над ней, подавляя мощью – с трудом устояла на ногах!

Жаль, что он также всего лишь пешка, с таким можно было бы попробовать что-то устроить. Правда, кобель, ждать, пока перебесится и успокоится. С жёсткого поводка неминуемо сорвётся и убежит.

Какой сумбур в мыслях!

* * *

На всякий случай захожу в соседний кабинет, вместо Илоны сюда заехали двое снабженцев – административное здание одно, кабинетов мало. Направляюсь к подполковнику:

– Андрей Петрович, разрешите? – «цивилизованно» спрашиваю разрешение.

– Входи.