«Что это за ублюдок?».

«С ублюдком ты очень точно угадал. Это Бранд. Бастард Эйвора Старка. Он старше Дэймона на пять лет, и, до рождения Дэймона, Эйвор не чаял в нем души. Даже собирался официально признать его, как сына. Когда родился Дэймон, внимание Эйвора сместилось на него, и Бранд возненавидел парня. После того, как много лет назад Бранд попытался убить наследника, Эйвор жестоко наказал его и изгнал из рода. Позже Бранд попросил прощения, но отношения со Старками у него остались натянутыми. В основном Бранд бродит по Пустошам в компании своих дружков-дикарей. На церемонию Инициации его, скорее всего, пригласили из вежливости».

«Его лицо… Последствия того наказания?»

«Да. Ему есть, за что ненавидеть Дэймона».

«Угу. А следовательно – и меня. Прекрасно. Этот урод выглядит опасным».

«Так и есть. Постарайся держаться от него подальше».

«Постараюсь».

Между тем, мы продвигались дальше. По мере приближения к родителям носителя, наряды вокруг становились все богаче и изысканнее. Мазнув взглядом по толпе, я почувствовал странное томление в груди – снова не мое чувство. Блин, очень странно все это. Так, что это? Будто увидел что-то очень приятное. Куда я там смотрел?

Пытаясь найти источник томления, я присмотрелся и меня будто под дых с размаху приложили. В окружении людей в красных одеждах со стилизованным огненным цветком на гербах стояла невероятной красоты черноволосая женщина в ярко-алом платье, с узким корсажем и внушительным декольте. Корсаж едва сдерживает рвущуюся наружу пышную грудь, в ложбинке которой покоится кулон на узкой цепочке. Несколько языков пламени, переплетенные причудливым образом. Я не очень хорошо разбираюсь в драгоценностях, но видно, что это – работа настоящего мастера. Поймав себя на том, что непозволительно долго пялюсь на грудь дамы, хоть и определенно заслуживающую самого пристального внимания, я поднял взгляд выше и едва не утонул в огромных голубых глазах. В глубине которых отвязно плясали веселые бесенята. Да, эта женщина определенно знает, какой производит эффект, и ей это нравится. Но почему она вызывает такие эмоции у Дэймона? Несмотря на свою красоту, для него она старовата… А, всё понятно. Вот кто на самом деле виноват в том, что у меня сейчас трясутся коленки.

Рядом с женщиной стояла её практически точная копия, только в два раза моложе. Грудь не такая пышная, да и декольте поскромнее, но в остальном… Да, у носителя губа не дура. Интересно, кто это?

– Миледи Игнис, – мастер Эйланд склоняет голову и незаметно тычет меня в бок, – Леди Корал, – поклон в сторону девушки.

Я запоздало склонил голову. Девушка степенно протянула руку, и, прежде чем до меня дошло, что нужно сделать, пару секунд я нещадно тупил. Но потом исправился, уж не знаю, память носителя помогла, или до самого дошло. Я взял тонкие, изящные пальчики в руку, аккуратно поднес их к губам и коснуся легким, скользящим поцелуем. После чего выпрямился, глядя девушке в глаза и задерживая её руку чуть дольше, чем позволяют приличия. Щеки девушки вспыхнули румянцем, и она резко вырвала руку. Во взгляде… Брезгливость? Хм. Кажется, взаимности Дэймон добиться пока не успел. Та ещё штучка. Совладав с эмоциями носителя, я едва заметно усмехнулся и двинулся дальше.

На то, чтобы преодолеть оставшиеся метры, ушло несколько минут, в течение которых пришлось раскланиваться и источать любезности: в ближайшем окружении лорда Эйвора и леди Тиворы количество благородных дам и господ просто зашкаливало. С удивлением увидел Лиану, переодевшуюся в длинное, в пол синее платье. Вокруг неё – ещё несколько человек в черно-синем, у многих – тот самый герб, который я уже видел на стражниках, гвардейцах и штандартах. Герб дома Старков. Это, надо понимать, мои родственники. К сожалению, как ни напрягал я память, припомнить, кем они мне приходятся, так и не смог. Ладно, позже «вспомню». Или Голос поможет. Сейчас же главное закончить с этой, мать её, инициацией, чем бы она ни была, и поскорее свалить к себе в комнату. От новых впечатлений голова кругом идёт, ещё немного – и начну совершать ошибки.

Наконец, я остановился перед родителями носителя, обозначил уважительный полупоклон, и замер, ожидая дальнейших распоряжений. Лорд Эйвор помедлил несколько секунд, потом сделал шаг вперёд и взял меня за руку.

– Ты готов, сын? – спросил вполголоса. С трудом подавив дрожь, я поднял взгляд и твердо ответил:

– Готов… Отец.

– Хорошо, – он кивнул, выступил вперёд и поднял руку. Гомон в зале мгновенно стих, по ушам ударила прямо-таки звенящая тишина. Кажется, если в другом конце зала сейчас пролетит муха, я услышу её жужжание.

– Сегодня особый день, – хорошо поставленный, приятный голос отца разнесся по всему залу. – Сегодня один из Старков достиг совершеннолетия и обретёт силу. Сегодня наша семья станет ещё сильнее.

По залу пронесся шепоток, кто-то начал хлопать в ладоши, но новый жест Эйвора снова заставил присутствующих замолчать.

– Сотни лет Старки стоят на страже мира и спокойствия. Сотни лет они оберегают покой и защищают Великие Дома от тварей из Гиблых земель. Старки – Защитники и Хранители. И сегодня мой сын Дэймон войдёт в Колыбель, чтобы стать Старком не только по крови, но и по призванию. Сегодня он пройдет Круг Предков и произнесет клятву Хранителя. И нас станет на одного больше. А, как известно, один Старк… – Эйвор сделал паузу, и фразу за него закончил зал:

– Стоит тысячи! – прокатилось под сводами многоголосое эхо, а гвардейцы в этот момент встали по стойке «смирно» и ударили бронированными кулаками в грудь.

Эйвор повернулся ко мне, и неожиданно тепло произнес:

– Иди, сынок.

Отступив в сторону, он освободил мне путь, и я сделал первый шаг к металлической громадине за его спиной.

Больше всего эта штуковина похожа на… Хрен его знает, на что она похожа. Огромная металлическая сфера, собранная из сотен восьмиугольников. В центре сферы красуется все тот же герб – сжатый кулак в боевой перчатке с расходящимися от него треугольными лучами. Колыбель… Что ж это за хрень такая, а?