– Фу, мать твою, - ржут они.
– Мерзость…

Мой пульс подскакивает от догадки, что сейчас они определят содержимое пакета мне на голову. А там внутри жестяные банки, какие-то сомнительные упаковки, грязь в конце концов!!

– Послушайте!
– вскрикиваю, - Вас же за это отчислят!

– Не отчислят, - ржет Ирма, - мой отец столько сюда бабок вложил, что они мне грамоту выпишут.

Все ещё не веря, что происходящее реально, на всякий случай зажмуриваю глаза. Они же остановятся?

– Девочки, ну вам то это зачем, - шепчу, пытаясь достучаться до остальных. Завтра же на моем месте можете быть вы!

– Да замолчи ты!
– рявкает Римская.

Задерживаю дыхание. Мерзко… до тошноты.

– Снимай крупным планом, чтобы только наши руки было видно, - говорит кому-то Ирма.

Смиряясь с неизбежным, тихо рыдаю. Ненавижу! Чертов институт! Чертов Величко! Что вообще не так с этим миром? Почему меня постоянно наказывают за то, что я не нарушаю закон, не прыгаю в постель к первому попавшемуся парню, забочусь о близких? Почему?!!

Первые банки сыпятся мне по плечам.

– Оооо….
– ржут девки.
– После этого Величко к тебе никогда не подойдёт.

– Ну и шмон…

На макушке оседают фантики, их сдувает ветром. Чувствую, как что-то течёт по затылку под кофту. Я стараюсь не думать о том, кто все это ел или пил. Надеюсь, это были здоровые люди.

– А ну отошли от неё!
– слышу я взбешённый знакомый голос.
– Быстро, я сказал! Вы, твари, безмозглые!
– устало и брезгливо.
– Или это я сейчас покажу всем видео о ваших способах общения.

Арсений… Всхлипываю.

Мои руки обретают свободу, на голову перестаёт сыпаться мусор. Я делаю глубокий рваный вдох, но глаза не открываю. Страшно… и грязно.

– Арс, да ты чего, - слышу удивлённо-злой голос Ирмы.
– Будешь эту плебейку защищать?

– Отсутствие денег у человека - это не приговор, - резко отвечает ей Величко. Его голос приближается.
– А вот отсутствие мозгов и зачатков морали - считай калека.
– Телефон отдай!

Слышу шорох пластмассы по асфальту и пару тупых ударов.

В ужасе вытираю рукавами и распахиваю глаза. Смотрю, как Арсений дотаптывает чей-то телефон массивной подошвой кроссовка.

– Он же новый !
– от досады Римскую колотит прямо на месте.
– Ты… - подлетает к Величко, пытаясь его ударить.

– Ещё выпросишь, - отвечает ей, брезгливо перехватывая руки и отталкивая от себя.
– Или папа подарит, - ухмыляется.

Остальные девочки просто стоят в стороне, сбившись в кучку. Овцы…

– Я не шучу, - обводит всех глазами Арсений.
– Ещё одно движение в сторону Алисы и вы не только вылетите из института, но и познакомитесь с полицией.

– Ты пожалеешь… - бесится Ирма.
– Я уничтожу ее и тебя!

Арсений подходит ближе и подаёт мне руку, снимая с моей головы какую-то этикетку.

– Пойдём, - говорит хмуро и уверенно.

Я едва различимо отрицательно качаю головой.

– Не надо…

Меня накрывает беззвучной истерикой. Зачем он продолжает? Разве мало? Ещё недостаточно больно? Я и так завтра же напишу заявление на перевод в первый попавшийся институт, где есть бюджетные места. Больше здесь не появлюсь! Забуду, как страшный сон!

– Пойдём, Алиса…

Величко подхватывает меня за талию и почти силой уводит мимо обидчиц в сторону парковки. Я слышу, как скрипят его зубы.

Он щёлкает сигнализацией и распахивает для меня пассажирскую дверь.

– Садись…

Ничего не понимая, оглядываюсь на парня.

– Я вся в мусоре и воняю… - шепчу.

– Я вижу, - прищуриваясь, кивает Арсений.

– Ты посадишь меня в свою машину?
– уточняю свой вопрос.

– Ты что?
– рявкает он и всаживает кулак в дверь машины, - От этих кур тупостью заразилась? Что изменилось от того, что тебя облили помоями?
– повышает голос.

– Не знаю… - всхлипываю.
– Тебе не противно? Я испачкаю машину…

– Я сейчас разочаруюсь в тебе, Алиса… - шипит угрожающе, - Села! Быстро!

Подчиняюсь, потому что анализировать не могу. Хочется домой и помыться. Спрятаться.

Арсений с силой захлопывает за мной дверь. Так же резко садится за руль и срывает машину с парковки.

Прикрыв глаза, я ложусь головой на стекло. Чувствую, как Величко бомбит. Он гонит, резко дергает передачи, кого-то подрезает… Зачем тогда все это? Если так противно?