Лю Бэй поблагодарил, а Цао Цао устроил в честь его пир. Только к вечеру Лю Бэй удалился.

– Лю Бэй – забияка, – сказал Сюнь Юй. – Пора покончить с ним.

Цао Цао промолчал, и Сюнь Юй ушел. Затем явился Го Цзя, и Цао Цао спросил у него:

– Как мне поступить? Сюнь Юй уговаривает меня убить Лю Бэя.

– Этого делать нельзя! – отвечал Го Цзя. – Вы подняли армию справедливости против тиранов, чтобы избавить народ от бедствий. Только действуя справедливо, вы сумеете привлечь на свою сторону высокоодаренных людей. Ныне Лю Бэй приобрел славу героя, но затруднения и нужда привели его к вам. Если вы убьете его, то оттолкнете от себя мудрых людей. Все сановники империи, услышав об этом, отвернутся от вас. С чьей же помощью вы будете управлять Поднебесной? Уничтожить одного опасного человека – и лишиться доверия всей страны! Нет, вы не должны жертвовать возможностью избавить Поднебесную от смуты!

– Ваши слова вполне совпадают с моими мыслями.

На другой день Цао Цао упросил императора назначить Лю Бэя правителем округа Юйчжоу.

– Лю Бэй вовсе не такой человек, который будет подчиняться власти других, – заметил Чэн Юй. – Лучше было бы пораньше убрать его с дороги.

– Сейчас такое время, когда надо использовать героев, – возразил Цао Цао. – Нельзя убить одного человека и потерять любовь всего народа. В этом я согласен с Го Цзя.

Не слушая наговоров Чэн Юйя, Цао Цао отправил Лю Бэю в Юйчжоу десять тысяч ху провианта. Лю Бэй, прибыв в Юйчжоу, прежде всего должен был собрать своих разбежавшихся воинов. Он готовился выступить против Люй Бу, предварительно известив об этом Цао Цао.

Цао Цао в это время тоже хотел начать войну с Люй Бу, но неожиданно получил донесение, что Чжан Цзи, который хотел захватить Наньян, был ранен шальной стрелой и умер. Его племянник Чжан Сю, возглавив полчища своего дяди и имея советником Цзя Сюя, заключил союз с Лю Бяо и расположился с войсками в Ваньчэне, собираясь напасть на столицу и захватить самого императора.

Цао Цао твердо решил поднять войска и покарать дерзкого, но опасался, что Люй Бу нападет на Сюйчан, и потому вызвал на совет Сюнь Юйя.

– Люй Бу – человек непроницательный и расчетливый, – сказал Сюнь Юй. – Если вы дадите ему новый титул, преподнесете подарки и прикажете заключить мир с Лю Бэем, он обрадуется и не станет много раздумывать.

– Прекрасно! – согласился Цао Цао.

Он послал Ван Цзэ к Люй Бу с письмом и указом о пожаловании титула, а сам двинул в поход сто пятьдесят тысяч воинов на расправу с Чжан Сю. Разделив войско на три отряда, Цао Цао отправил вперед Сяхоу Дуня. Армия подошла к реке Юйшуй и разбила лагеря.

– Силы Цао Цао так велики, что противостоять им невозможно. Разумнее всего сдаться, – сказал Цзя Сюй, советник Чжан Сю.

Чжан Сю послушался и отправил Цзя Сюя в лагерь Цао Цао с повинной. Когда Цао Цао услышал речь Цзя Сюя, который говорил так плавно, словно ручей журчал, он проникся к нему уважением и пожелал взять его к себе в советники.

– Прежде я служил Ли Цзюэ и этим провинился перед Поднебесной, – отвечал ему Цзя Сюй. – Ныне я служу Чжан Сю, который принимает мои советы, и я не могу покинуть его.

На другой день Цзя Сюй привел к Цао Цао самого Чжан Сю, и Цао Цао беседовал с ним весьма приветливо. Уладив таким образом дело, Цао Цао с передовым отрядом въехал в Ваньчэн, расположив остальные войска за городом. Лагеря растянулись более чем на десять ли.

Прошло несколько дней. Чжан Сю ежедневно устраивал в честь Цао Цао пиры. Однажды Цао Цао пьяный вернулся в свою опочивальню и спросил приближенных:

– В этом городе есть девицы?

Его племянник Цао Ань-минь, догадываясь о желании дяди, шепнул ему:

– Вчера вечером возле кабачка ваш недостойный племянник видел одну женщину, совершенную красавицу. Я узнал, что это жена Чжан Цзи, дяди Чжан Сю.

Цао Цао велел привести ее. Вскоре женщина предстала пред ним. Это была действительно красавица. Цао Цао спросил ее имя.

– Я ваша служанка, жена Чжан Цзи, из рода Цзоу, – ответила красавица.

– Вы знаете меня?

– Я давно наслышана о вашей славе, – отвечала госпожа Цзоу. – Счастлива видеть вас в этот вечер и поклониться вам.

– Только ради вас я принял повинную Чжан Сю и не уничтожил его род, – продолжал Цао Цао.

– Я поистине тронута вашей милостью, – прошептала красавица, склоняясь перед ним.

– Встреча с вами – величайшее счастье для меня, – уверял ее Цао Цао. – Я хочу, чтобы сегодня вы разделили со мной ложе, а когда я возвращусь в столицу, вы будете наслаждаться богатством и почетом.

Госпожа Цзоу снова поклонилась. Эту ночь она провела вместе с Цао Цао в его опочивальне.

– Боюсь, что мое длительное отсутствие покажется подозрительным Чжан Сю, – сказала она Цао Цао. – Да и люди осудят меня.