Перед нами были сланцевые скалы, достаточно большие, чтобы по ним могли пройти лошади, но край представлял ненадёжный обрыв, который становился круче по мере подъёма в гору. Подножие холма устилали черепа всадников и лошадей, которые не смогли подняться по крутому склону.

— Кажется небезопасно.

— Лишь один путь в Долину Печали и один выход из неё, Питомец. Обрыв Печали, или, по крайней мере, так это называют Фейри. Это единственное место в Царстве Фейри, которое обрывает жизнь Фейри, независимо от того, кто или что он. Если только у Фейри нет крыльев, как у нас, — объяснил он.

— Ты не мог упомянуть об этом, когда я указывал на долину на карте?

— Нет, потому что каким бы ужасным ни был подъем, это самое стратегическое место для сбора армии. Есть один вход и один выход, а значит, мы увидим их приближение.

— Мы окажемся в ловушке. Если начнём проигрывать, бежать некуда.

— Именно, Питомец. Это наша последняя битва. Если проиграем, бежать некуда. Я не планирую проигрывать, а ты?

— Нет, но разве у нас не должно быть другого варианта? Типа, ладно, это не сработало, давай перегруппируемся и попробуем ещё раз?

— Нет. Здесь мы выступаем вместе против тех, кто хотел бы видеть нас мёртвыми. Я ни хрена не собираюсь сбегать. Никому не позволено приходить в мой дом и заставлять смотреть, как умирают мои люди. На нашей стороне боги и богини, и ты, и я, Питомец. Давай вернём себе наш мир и нарожаем детишек после того, как победим.

— Думаю, ты просто хочешь потрахаться, и в этом случае просто скажи «давай потрахаемся». Это намного проще, чем мне толстеть и ходить вразвалку, как будто ты засунул мне во влагалище арбузные семечки, и я вырастила эту штуку.

— Я не стреляю арбузными семечками.

— Да? Тогда почему, чёрт возьми, у меня такой вид, будто я съела арбуз?

— Ты носила тройню! И была восхитительно полной.

— Не очень веский аргумент, давай вернёмся к ухаживаниям.

— Женщина!

— Фейри! — рявкнула я.

— Ты сводишь меня с ума.

— Хорошо, пойдём и надерём кому-нибудь задницу. Хотя семян нет, моё влагалище не открыто для оплодотворения.

— Это так секси.

— Это шекси.

— Нет.

— Вперёд, или вся грёбаная армия будет выслушивать разговоры о посеве семян во влагалище королевы? — Зарук фыркнул.

— Эй, мне понравилось. Он, наконец, освоил ухаживание, или пока не взял ту низкую ноту об оплодотворении матки. — Ристан наблюдал за нами, и я покачала головой. — Он готов получить высшее образование, чтобы добиться расположения Мастера Орды.

— Это всё не по-настоящему, Демон. Вы, ребята, сумасшедшие.

— Но ты любишь нас, Цветочек, — рассмеялся Ристан, слезая с лошади, и мы с Райдером последовали его примеру. — Давай вырвем сердца у этих засранцев и поужинаем ими сегодня вечером!

— Э-э, как насчёт того, чтобы вырвать их, и ты съел? Сердца — жёсткий предел для меня.

— Окей, вперёд, семья! — крикнул Ристан, когда мы двинулись вперёд.

Подъём на вершину горы — ничто по сравнению с беспокойством за то, что мы тащили лошадей. Тропа покрыта неровным сланцем, который скользил и хрустел под копытами, пугая и лишая равновесия. Бесконечная борьба за то, чтобы спустить коней с другой стороны, и некоторые, в конце концов, в панике свалились с обрыва, что было прискорбно, но они шли без всадников. Все были на взводе, страх начал овладевать нами, когда мы вошли в Долину Скорби, зная, что это последняя битва против Вила и магов.

Когда мы, наконец, достигли ровной земли, я почувствовала такое облегчение, что чуть не заплакала, но сделала несколько глубоких вдохов, унимая волнение, исходящее от меня волнами. Райдер начал указывать позиции тем, кто будет охранять вход в долину, каким-то образом переключившись прямо в режим короля. Он сохранял спокойствие всю дорогу в гору, разрезая упряжь, чтобы дать лошадям шанс выжить на тропе, что, к сожалению, не спасло большинство. Райдер кричал ободряющие слова тем, кто начал паниковать, успокаивая их, пока мы переходили через тропинку.

Я, с другой стороны, не могла достаточно крепко схватиться за скалу. У меня были крылья, но я не научилась пользоваться ими, и сейчас, казалось, было не время пробовать.

Райдер продолжал приказывать нашим войскам разделиться на группы по сторонам входа в широкую долину. Сиара и Блейн стояли, склонив головы друг к другу, прощаясь, поскольку им пришлось разойтись. Драконы поднимутся в небо и последуют за нами в середину, где мы будем готовиться к битве с магами. Драконы довели бы магов до крайности огнём и корявыми зубами, от которых и я бы сбежала.