– Тебе повезло, – сказал надсмотрщик, также глядя на окно, – почти самая светлая камера! Кто-то вообще солнце не видит. А у тебя в полдень рай на три часа. – Он ещё что-то хотел сказать, но сопровождающая охрана ему приказала:

– Выходи!

Когда дверь закрылась, услышала, как тюремщику стали давать указания.

– Дверь никогда не открывать, чтобы там ни происходило. Пусть кричит, орёт, хоть помирает, дверь не открывать! Да и ключ отдай, хотя у тебя и другой найдётся. Ты понял, не открывать! Сам знаешь кто она. Никаких разговоров. Даже не заглядывай к ней! Один раз будешь кормить и всё. Я бы вообще ничего не давал поесть. Пусть бы с голоду сдохла! Но король слово дал, – печально вздохнул говорящий. – Сама помрет! – радостно сказал охранник и все они пошли прочь от моей камеры.

Я пару раз обошла свой новый дом. Залезла на кровать с ногами и тихо заплакала. Не понимала, как сюда попала и как мне жить здесь. Надеюсь это сон! Мне не хотелось совсем закончить свои дни здесь в этих четырёх стенах. При таких мыслях я уснула.

Проснулась, судя по всему от того, что по мне что-то или кто-то ползает. Я стала прислушиваться. Когда окончательно поняла кто, на всю тюрьму заезжала. Это были крысы! Не знаю, сколько я орала, но очень долго, что на мои вопли пришёл охранник. Он шёл очень сильно бранясь себе под нос. Когда подошёл к моей двери, забарабанил в дверь матерясь. От его криков я пришла в себя и замолчала.

– Что орёшь?

– Крысы, крысы, кругом крысы!

Он рассмеялся.

– Подожди, завтра еду принесу увидишь сколько их тут будет! Эх, красавица, лучше бы тебя сожгли. – Он как-то сочувственно вздохнул, а потом посоветовал: – Первая беги к тарелке, а то потом не отобьёшь.

– Побудь со мной немножко, пожалуйста, – слёзно попросила его, так как разговор с ним успокаивал.

– Нет, с тобой опасно разговаривать! Ты ведьма одурманишь меня!

Я рассмеялась.

– Если я была та, о ком ты говоришь, то двери меня бы не остановили. Я не ведьма, у меня нет силы!

– Конечно, нет! – весело сказал надсмотрщик. – На тебя же браслет одели, а с ним ты не способна колдовать.

И впрямь на руке был одет красивый золотой с драгоценными камнями браслет.

– Как же я позволила его одеть? – спросила я.

– Александр взял тебя хитростью! Три года тебя окучивал, – зловеще засмеялся мужик. – Ты и повелась на его любовь. Вы дуры бабы, хоть ведьма, хоть и не ведьма.

– Дуры, – разозлилась я, – а вы без нас жить не можете!

– Это да! Хороши вы все-таки!

«О, да ты женщин любишь», – подумала я.

– Слушай, а тебя как зовут?

– Зачем тебе это?

– Ну как это зачем! Мы с тобой долго будем общаться, что я к тебе без имени буду обращаться!

– Не будем с тобой общаться! – как-то злобно, испуганно заговорил он.

Охранник не открыл даже смотровое окошечко. Видно уж больно сильно они все боялись ведьмы.

– Друг, скажи, почему ты меня так боишься? Я вроде сейчас в браслете, беспомощная, беззащитная.

– Я тебе не друг! – сказал он и ударил по двери. Судя по всему, мой сторожевой пытался через щель в двери заглянуть в мои апартаменты. Я тихонько подошла к двери и также заглядывая в полоску света спросила:

– А я красивая?

Мой охранник сильно испугался, очень сильно вздрогну, вернее подпрыгнул назад, потерял равновесие и упал на пятую точку, уронив фонарь. Его осветительный прибор разбился, так как послышался звон стекла и свет погас. Мужик заматерился и по его шороху поняла, что он пополз на карачках прочь от моей двери.

Это был первый и последний разговор с ним.

Я проснулась, когда в моей комнате было уже светло. Около порога лежала пустая тарелка, мой обед был съеден постоянными жильцами этого дома. Всю ночь я не могла уснуть из-за этих соседей. Они постоянно шныряли туда-сюда. Только под утро ушли. Надо было как-то обживаться и делать лежанку более безопасной.

Меня поглотили эти мысли. Как-то не хотелось сидеть и плакать над своей судьбой. Перебрав множество вариантов, решила сделать типа гамака на решётках. Конечно, спать можно было только сидя, как на качелях, но это лучше, чем с крысами.

Я пододвинула стол и забралась на него, ухватилась двумя руками за прутья решётки и подтянулась, заглядывая в окно. Стена была метров пять, а потом с той стороны свобода. Оттуда доносился запах луговых цветов. Судя по всему, было лето. На окне было четыре железных прута в толщину большой палец мужичины, заходившие вкладку стены. На крайние я завязала одно одеяло и получилась небольшая колыбелька. Главное, чтобы одеяло меня выдержало. С большим трудом забралась на свою качелю и замерла в ожидании. Сидела, как попугай на жёрдочке. Держит! Далее стала расправлять ткань, чтобы забраться вовнутрь. Послышался треск, я остановилась. Проступили слёзы. Она меня не выдержит. Надо было, что-то покрепче. И нашла, то, что меня спасёт, когда пошла в туалет. Я, как матрёшка, была одета в большое количество ткани. Помимо платья, было ещё два крепких подъюбника. Третий был из кружевной ткани. Помимо этого нашла ещё и шнуровку, так что сетку для гамака я сплела! И эту ночь уже спала относительно спокойно. Единственное на утро решила, что стол надо отодвинуть подальше. Ночью мои соседи залезали на него и пытались допрыгнуть до меня.

Так как я хорошо отдохнула, проснулась с первыми лучами солнца. Мой пол периодически шевелился. Глядя на них решила, во что бы то ни стало добыть сегодня себе обед. Желудок жадно рычал, требуя еды.

Спустившись вниз, побродила по своей новой хате. Собрала все деревяшки, которые можно было использовать, чтобы отбиваться, или для другого дела применить. В дальнем углу ближе к порогу была огромная куча… перегноя. Когда-то на ней росли даже грибочки. Пошевелив палкой, посмеялась, что это труха хорошо будет гореть, если поджечь. Ближе к обеду крыс стало в два раза больше, видно они знали час кормления. С каждой минутой они всё больше суетились. Теперь я отчетливо слышала шаги надсмотрщика. Он подошёл к моей двери, достал крючком мою железную чашку, положил в неё еду, вот только отдавать не торопился. Мужик, судя по всему, заглядывал в щель, высматривая меня. Крысы нервничали, как и я. Ведь их у двери была тьма, даже ступить негде! Бежать только по ним. Благо было солнце и при дневном свете как-то появлялись силы, и желание выжить, любой ценой. «Давай уже!» – крикнула устав ждать. Он стал опускаться, я замерла, как и крыса. Они встали на задние лапы, а кто-то прильнул к земле готовый броситься в битву за еду. Да, вы правы, в этот день я легла голодная. Добежала только до середины. Крысы не готовы были делиться! Зато охранник был счастлив, его смех ещё долго разносился по тюрьме. Видно, он решил, что я скоро сдохну от голода и освобожу ему апартаменты для другого более приятного гостя. Да не тут-то было!