— Хорошо. Теперь перейдём к жителям Полюса, — я повернулся к пленнику, буравящему меня тяжёлым взглядом, и сверился с бумагами. — Хм, Пакку, старший наставник магов воды…

С одной стороны, очень хорошо, что в живых остался кто-то столь высокопоставленный, если его удастся завербовать, ассимиляция племени Воды пройдёт куда быстрее. Вот только заставить на себя работать столь старого и матёрого мага, явно привыкшего командовать, будет очень трудно.

Идти на сотрудничество с кем-то вроде Джао он точно не будет. Не позволит гордость и чувство собственного достоинства, это даже по глазам видно. Не стоит и про менталитет забывать, такие стариканы частенько бывают фанатиками, верующими в некую «душу народа», которая обязательно выражается в неукоснительном следовании традициям. Отошёл от них — и всё, предал душу своего народа. Несложно догадаться, что для таких умереть, блюдя традиции, милее, чем выжить, от них отказавшись. Причём умереть не только лично, но и всех за собой потянув.

Увы, история про «Вересковый мёд» не на пустом месте возникла.

— Думаю, мне представляться смысла нет? — судя по тому, как маг дёрнулся, он явно хотел по этому поводу высказаться, и высказаться очень некультурно, но инстинкт самосохранения победил. Уже хороший знак. — Прекрасно. Что ж, тогда скажите, вы любите свой народ?

— Какой ответ ты ожидаешь от меня услышать? — желчно проскрипел пленный. По нему было видно, что он очень желает перейти на душевно-нецензурный, но сдерживается. — Зачем спрашивать то, что и так очевидно? Или у тебя слишком много свободного времени?

— Времени у меня как раз немного, и это наша общая проблема, уж поверьте, — проигнорировал я совершенно стандартную попытку ерепениться. — И всё же ответьте на вопрос прямо. Мои догадки и взгляды тут не играют роли, важно лишь то, что вы сами готовы признать.

— Да, я люблю свой народ! — вздёрнул подбородок дед, прожигая меня взглядом. — Народ, которому вы принесли смерть!

Присутствующие на Совете офицеры дружно притихли, не решаясь лишний раз шевельнутся и явно ожидая, какая от меня последует реакция на откровенное хамство пленника. Пусть и высокопоставленного.

— Давайте не будем превращать разговор в пустую перебранку, — не оправдал я ожиданий штаба Джао. К этому даже не пришлось прикладывать усилий, мне в самом деле были безразличны крики связанного человека передо мной. Я и поизобретательней обвинения слышал. — Я понимаю ваши чувства, но у вас было сто лет, чтобы найти способ не доводить до такого результата. Вы сами не стали искать путей мирного диалога с Народом Огня, хотя имели для этого все возможности. Результат закономерен. Не потому, что я злодей, решивший ворваться в ваш дом, а потому, что таковы реалии большой войны. Но вернёмся к теме. Ваша любовь, насколько она сильна? На что вы готовы ради блага своего народа?

— Ха! — громко огласил маг. — А почему это я должен быть готов «ради»? Свой долг перед народом я выполнил, а если ты хочешь болтовнёй заставить меня служить себе, то лучше найди кого-нибудь помладше и поглупее!

— Да, ваш возраст сразу заметен в умении играть словами, — спокойно кивнул я. Пару дней назад я бы наверняка занервничал, что «клиент» срывается с крючка, но сейчас мне было просто до банального лень эмоционально напрягаться. Слишком много дел навалилось, чтобы ещё и тут переживать. В конце концов, я действительно могу сделать, как он предложил. — Но как я только что говорил, не будем превращать разговор в пустую перебранку, — я замолчал, ожидающе глядя на старика.

— Хм… — протянул тот спустя несколько секунд бодания взглядами, за время которых никто не проронил ни слова. — Ну ладно… не будем, — через силу, или, как минимум, он пытался показать, что это так, согласился Пакку. — И чего ты ждёшь?

— Ответа на свой вопрос, — как мне казалось, озвучил очевидное я.

— Да что же это такое?! Нынешнюю молодёжь совсем не учат уважению к старшим?! — пошёл на откровенную провокацию маг воды.

Краем глаза я уловил пробежавшее по рядам офицеров негодование, даже Зуко был возмущён столь дерзким поведением со стороны пленного. Только Айро сохранял совершенно непроницаемый и невозмутимый вид, скорее всего, уже поняв, что жечь живьём за неосторожный взгляд я никого не собираюсь. Впрочем, с его опытом, в том числе и допросов-разговоров с высокопоставленными пленными, это могла быть и просто привычка, хоть и не сильно верится.

Что до действий Пакку, то нет, это было не обычное прощупывание рамок дозволенного, точнее, не только оно. Весь разговор он изучал мою личность и теперь перешёл к финальной пробе, ведь что лучше всего раскроет человека, чем потеря самообладания? Напоить меня до поросячьего визга он не может, вот и пытается снять самоконтроль другими методами. А как лучше всего разозлить молодого парня? Разумеется, с пренебрежением указать на его возраст. Всё банально и просто.

Что бы сделал кто-то вроде Джао на такое оскорбление? Правильно, приказал бы содрать живьём кожу и солью посыпать, ну или прикончил на месте в порыве гнева, что для пленного ещё лучше. Старый, матёрый боец, владеющий званием мастера магии дольше, чем я живу на свете, какой у него может быть страх смерти? Тут уж скорее будет страх порушить свои принципы, пойти против чести в собственных глазах, что я в нём и так подозревал и теперь получил лишь подтверждение. Так что смерть после отказа сотрудничать с врагом — вполне достойный конец. С его точки зрения.

— Вы ошибаетесь, я вас уважаю, — между тем равнодушно возразил я. — Уже те мастерство и сила, что вы продемонстрировали во время защиты своего города, достойны искреннего уважения. И со мной согласится любой настоящий воин Народа Огня. Однако тот факт, что вы никак не можете взять себя в руки и справиться с чувствами, это уважение изрядно подтачивает, — последнее слово я выделил интонацией.

— Ладно, — мгновенно стал серьёзен старейшина, убрав с лица все следы недавнего негодования, тем самым подтвердив мои мысли о провокации и проверке. — Ты хочешь знать, на что я готов ради своего народа. Я отвечу. Но только после того, как на этот же вопрос ответишь ты.