— Это война! — потискать красивую девчонку во время «сражения»? Конечно же да!

— Так что ты скажешь? — смотрю на распалившуюся девушку, что прижимает меня к земле своим телом. Нет, можно было бы, конечно, вырваться или вообще не попадать в такое положение, но я что, совсем дурак, что ли?

— Не знаю… я бы хотела… — тяжело дыша и, как подозреваю, не только из-за борьбы, ответила Суюки. — Но это — слишком серьёзное решение, чтобы принимать его в одиночку. Я должна посоветоваться с девочками, — хм, любопытно, именно с девочками, о старосте воительница даже не вспомнила.

— Мы отплываем завтра с утра, у тебя будет вся ночь на обдумывание. Или ты имела на это время другие планы? — каюсь, не удержался. Вот только получилось совсем не то, что я ожидал.

— А что… если так? — от удивления я невольно вскинул брови. Внезапно.

— А? Эээ… ммм, — меня заткнули. Весьма приятным образом, не спорю, но заткнули. Однако отдавать инициативу в этом вопросе девчонке? Ну уж нет! Небольшое усилие — и наше положение меняется. Теперь уже я прижимаю Суюки к земле, впрочем, на интенсивности поцелуев это никоим образом не сказывается. Так даже удобнее и мне, и ей.

— С-стой… — могучим усилием воли выполняю её просьбу, да и отдышаться нужно, подростковому организму «от радости в зобу дыханье спёрло». — Е-если мы продолжим… я уже никуда не уйду, а мне нужно.

—… — блин, облом… но она права… но облом… но права… блин. Долг в который раз пересилил желание, и я крайне нехотя отстранился. Девушка столь же нехотя поднялась и поправила одежду.

— Ну… я пойду? — неуверенно.

— Да… — стараюсь не смотреть в её сторону. — Надеюсь увидеть тебя утром вместе с подругами.

— Угу…

— А-а-а, ну его! — и прощание отложилось ещё минут на десять.

Следующим утром нас провожало едва ли не всё население деревни. Большая часть была вполне довольна и зазывала «приплывать ещё» (в основном — владельцы магазинчика и таверны вместе с семействами), некоторые не скрывали облегчения от расставания (местные парни). Кто-то был мрачен и грустен — бывший староста Панао под требования недовольной его работой общественности передал свои полномочия некоему Ояджи. По мне — такой же стукнутый, как и Панао, разве что чуть младше, но это не мои проблемы. Раз назначили, значит, назначили.

Оживление окружающим принесли два десятка девушек — всё «молодое поколение» воинов Киоши. Самым приятным для меня было то, что эти девчонки шли не с пустыми руками, а с увесистыми такими вещмешками. На лицо выплыла привычная ухмылка, которая даже (о чудо) почти стала нормальной улыбкой.

— Капитан Чан, мы обсудили ваше предложение и склонны принять его! — сказала Суюки в боевой раскраске.

— Ну что же, тогда, коммандер[1] Суюки, добро пожаловать на борт, Тандао покажет, где вы с вашими подопечными сможете обосноваться, — за спиной чую какое-то шевеление, скашиваю глаза… Хм… Команда, счастливо рассматривающая девушек, походу, планирует возвести мне памятник. Ладно, будем считать, что боевой дух я бойцам поднял на недосягаемую высоту, теперь главное — чтобы дисциплина не рухнула в бездну блуда и разврата. Будет весело.

На сём славном моменте мы покинули гостеприимный остров. У пиратов Царства Земли начались проблемы.

— И как обустроились наши гостьи? — в каюту привычно уже набились старпом, главврач, шкипер и старший инженер, хотя как он оказался во всё это дело втянут, я не представлял.

— Выделили им отдельную общую каюту, сэр. Плюс каюта коммандера, — недовольно ответил старый моряк. — Сейчас интендант ставит их на довольствие. Я подготовил бланки контракта наёмников, но… Скажите, зачем нам эти девицы? — он явно хотел что-то добавить про «бабу на корабле», но всё-таки сдержался — глубоко впаявшаяся в саму его суть субординация не давала особо «возбухать» против решения капитана, даже если оно кажется идиотским.

— Хм, полагаю, версия, что я просто покрыл наши потери, пригласив на службу хорошо тренированных воинов, вас не устроит? — судя по мрачным рожам окружающих — да, не устроит.

— Их уровень подготовки действительно чрезвычайно высок, если бы не отсутствие опыта, я бы сказал, что они не уступают гвардии Лорда Озая, однако дисциплинарные последствия такого шага могут перевешивать выгоду. Не говоря уже о том, что в бою солдаты будут сосредоточенны не только на бое, но и на прикрытии девушек, а это — потеря внимательности и рост жертв с нашей стороны.

— Это можно сгладить совместными тренировками по боевому слаживанию, а также выделением воительниц в отдельный отряд. Но кое в чём вы правы, Тандао, потенциальная боевая выгода недостаточно высока по сравнению с возникающими рисками и затрачиваемыми усилиями.

— Тогда зачем? — спросил корабельный медик, которому наличие особей женского пола на борту добавляло головной боли едва ли не больше, чем всем остальным вместе взятым.

— Политическая выгода. Помимо того, что де-факто к Архипелагу Огня совершенно добровольно присоединился целый остров, очень важно, что именно это за остров и кто на нём родился и жил.