Она только что заполучила новенький телефон, который ей доставил один из сотрудников «Белого кролика», её клуба, который находился к северу от Саторна в Бангкоке, вблизи реки Чаупхрая.

Она заставила их загрузить номера всех клубов, имена всех менеджеров и любые контакты, которые они могли заполучить из «облака» для её личного аккаунта.

Но они сделали даже лучше.

Они нашли и загрузили точную копию информации с её прошлого телефона.

Теперь Алексис поручила им сделать то же самое для Джулс.

Их нынешний отель, который был одновременно знаменит и печально известен, как памятник колониализму, также имел сомнительную честь, являясь самым дорогим местом проживания в Бангкоке. Он стоял прямо на берегу реки — старомодное здание в колониальном стиле, всё в белых тонах, с колоннами, деревянными ставнями, фонтанами и более новым комплексом из четырёх открытых бассейнов в виде лагуны. Первоначальное сооружение было построено англичанами и на протяжении многих лет сохранялось в почти первозданном виде своего былого великолепия. Они пристроили к этому зданию бассейны, расширили сады и скупили недвижимость по обе стороны от него, чтобы построить рестораны и магазины.

В отличие от большинства старых домов в этой части города, которые были либо снесены, либо оставлены в запустении, это здание имело историческую ценность хотя бы для высокопоставленных лиц, которые там останавливались.

По этой же причине с момента первоначальной постройки его несколько десятков раз реконструировали, сохраняя при этом большую часть колониального очарования, по крайней мере, архитектурного.

Алексис, Джулс и Девин заняли самый большой номер, который предлагал отель.

Она по сути сняла весь верхний этаж.

Вскоре ей нужно будет проверить Странников, убедиться, что у них есть всё необходимое, но сначала о главном.

Она по памяти набрала номер и стала дожидаться гудков.

… гудки всё шли.

И шли.

Возможно, гудков прозвучало штук тридцать.

Может, сорок.

Наконец, раздался щелчок.

Голос на другом конце раздался тогда, когда существо поднесло трубку ко рту и уху.

— Алексис, моя дорогая… — промурлыкал низкий голос с акцентом. — Ты совсем не улавливаешь намёка, не так ли? Ты должна была знать, что я почувствую тебя на другом конце звонка.

— Это важно… — начала Алексис.

— Конечно, так и есть, — существо вздохнуло. — Разве бывает иначе?

— Ты нужна мне. Это важно, Мара. Не только для людей. Не только для Светоносных.

На другом конце древнего стационарного телефона повисла тишина.

— Это ты сделала? — следом спросил голос. — Эту вещь с дверями?

— Да.

— Ты отрезала нас от Древних? От Света? — теперь в голосе существа слышался заметный оттенок гнева. — Ты сделала это? Та, что должна защищать наш мир? Ты хоть представляешь, что натворила?

Алексис прикусила губу.

Она оглянулась на Джулс и Девина.

Её школьные друзья наблюдали за ней с огромной кровати, где Джулс наполовину утонула в складках толстого, белого пухового одеяла.

Они живо уставились на неё настороженными взглядами, образно «навострив уши».

Они явно услышали что-то в её голосе, или, в случае с Девином, он мог услышать слова женщины-видящей по телефону.

Этот чёртов слух оборотней был просто поразительным.

— Я действительно сделала это. И я знала, что это будет означать… более или менее, — сказала Алексис, отрывая взгляд от своих друзей. Она снова сосредоточилась на видящей на другом конце провода. — Я приношу свои извинения. Это было необходимо. Сейчас я пытаюсь это исправить. Вот почему мне нужна твоя помощь.

Существо открыто насмехалось над её словами.

— Необходимо. Прямо то, что всегда говорят Тёмные. Перед тем, как сжечь твой мир дотла. Они говорят, что это необходимо. Это даже не первый раз, когда я слышу такое сегодня, Алексис Пул…

— Мара, — предупреждающе перебила её Алексис. — У меня нет на это времени. Если ты хочешь устно отчитать меня за принятое мной решение, тебе придётся сделать это лично. Желательно за чашкой приличного чая, чего-нибудь вроде улуна.

Замолчав, она практически почувствовала, как другое существо прокручивает её слова в своих мыслях, разыскивая невысказанные смыслы вокруг них.

Сделав над собой усилие, Алексис приглушила свой голос, когда заговорила в следующий раз.

— Я правда не могу сделать это по телефону, — сказала она. — Я бы хотела сделать это лично. Я не могу тратить столько времени, чтобы объяснять тебе всё таким образом.

— Что это значит? — настороженно спросила видящая.

— Это значит, что я в Бангкоке, — ответила Алексис, и в её голосе прозвучало ещё больше предупреждения. — Мы можем встретиться? Всё ещё существует серьёзная опасность. Ты знаешь это. Ты сама сказала. Если хочешь, чтобы я всё исправила, то мне нужна твоя помощь.