Шрифт:
– А Ева?
– Плевать на Еву. Какое ты имеешь отношение к ней? Если ты не собьешь «Дельту», то летящие в ней искупаются в озере, вернут себе силы, а завтра утром дадут залп ядерными ракетами «Тополь 20», которые нельзя сбить ничем. Эти ракеты возле тебя, неподалёку, прибыли как гуманитарная помощь. Ты знаешь, что такое ядерная ракета с двадцатью разделяющимися и самонаводящимися боеголовками? Я тебе не желаю этого узнать. И не желаю тебе, также, узнать, – что будет потом, после их запуска. – Кинул трубку.
«В перекрёстке прицела отчётливо был виден объект, спрятавшийся в тени метеоритной глыбы. Сверхточная ракета с головкой из обеднённого урана превратит его в пыль за долю секунды. Магистр рассчитал всё…»
– Да нет уж, Вова!
– Я же отключил телефон!
– Плевать на телефон. Мне нужен совет. Я не могу сам сделать выбор. Я боюсь. Я обязан и, одновременно, не имею права выполнить приказ – уничтожить цель. Ева изменила ситуацию, и теперь условия совсем другие!
Дворник Вова помолчал. Сказал:
– Мне жаль, что образовалась такая ситуация. Но тебя мне – не жаль. Ты сообразил, как кошке войти из той тупиковой ситуации, когда её крутят на верёвке?
– Не совсем… Пока ещё думаю.
– Желаю тебе додуматься до того, до чего смогла дойти умом слепоглухонемая и связанная кошка. И, – Вова отчётливо, по буквам произнёс, – это конец моего диалога с тобой. Полный конец связи.
Григорий Загибайло остался один на один с окружающим его миром.
Неожиданно в голове всплыли прошлые, неосознанные кошмары. А затем ясная и отчётливая мысль:
«Гриша! Да ведь это и есть та самая, единственная, последняя крыса!
А ты лично, и твой броневик «С-500», – последняя оставшаяся пуля!
Гриша! Это и есть Армагеддон! Хотя и совсем не похоже…»
Деревья цветут. Птицы поют. Рыба плещется в озёрах. Крокодилы сторожат антилоп, чтобы утащить их на дно реки. Муравьи окружили гусеницу. Слониха ведёт слонёнка. Жираф тянется на цыпочках за самым вкусным листочком. Жизнь течёт независимо… Она самодостаточна.
И над всем этим миром солнце светит ослепительной вечностью…
Ядерный взрыв увидели все спутники этой полусферы космоса. Сработали системы раннего оповещения атомного удара планеты. Взрыв нейтронного заряда был не сильный – 0,5 килотонны тротилового эквивалента. Но зловещий гриб, оповещающий о преобразовании материи, поднялся и застыл всей своей апокалиптичной монументальностью. Озеро, в котором находился метеорит, мгновенно испарилось, а сам небесный посланник расплавился в гигантский железный блин, потерявший всю свою энергетику и переставший изучать альфа-импульсы. Установка «С-500», вместе с оператором АРСН и командиром, распалась на отдельные молекулы и рассеялась в радиусе многих километров, опадая невидимыми останками на тропический лес, продолжающий зеленеть вечноцветущими деревьями.
Нейтронный заряд, дав моментальную вспышку – излучения, почти не оставил остаточной радиоактивности и джунгли не пострадали.
На следующий день, ранним утром, птицы пели, как и прежде. На бетонной полосе секретного аэродрома стоял приземлившийся лайнер. Взрыв не оказал помехи для посадки самолёта. В тот момент он был ещё достаточно далеко. Лайнер замер как набитый опилками ястреб. Дверь пассажирского салона была открыта. В креслах лежали ссохшиеся мумии, почти не похожие на людей. Где-то среди них был и Магистр, и Сен-Жермен, и Фульканелли, и Махарашвили…
Мэрилин стояла на бетонной полосе и прищурившись смотрела на восходящее солнце. Зачем ей бессмертие? Смерть – единственная привилегия людей перед богами. Мэрилин улыбалась. Вокруг неё стали собираться птицы.
Через неделю ничто уже не напоминало о проявившейся силе возмущённой материи.
Только молекулы Григория Загибайло ещё долго висели в голубом небе непроходимых джунглей спрятавшейся дельты Ганга.
Эпилог
– Я всё-таки уговорил вас на чашку кофе, – проговорил человек в круглых очках и пестром халате, увешанном бусами, на котором алым бликом сияла пурпурной эмалью пятиконечная звезда. – Ваши «изделия», как вы и предполагали, исчезли в неизвестном направлении. Но для нас сделка очень удачная, наше заведение пополнилось очень большим количеством клиентов, благодаря именно работе «изделий», и особенно альтернативному варианту. Мы ждем продолжения наших взаимоинтересных отношений, господин Представитель.
– Не думаю, что они будут иметь благоприятное продолжение для вас, – проговорил собеседник, раскуривая сигару. Добавил: – Акиро, вы не представляете последствия обвального увеличения вашей клиентуры. Может так случится, что даже деньги для вас потеряют смысл.
– Ну, я так не думаю, – ответил человек в халате. – И, в конце концов, я работаю не совсем за деньги, как, кстати, и вы. Я есть часть клиентуры. Вы не заметили?
– Заметил.
– Это радует. Но стать полным подобием своих подопечных мне не удается. Не знаю почему.