– Я не буду вас разочаровывать. Что-то подобное, по-моему, там есть. Работа продвигается, и мы должны объем дешифрованного материала несколько увеличить. Я вам высылаю текст, так будет понятнее, – уклончиво ответил генерал. – Но, к сожалению, на мой взгляд, информативная насыщенность фрагментов не так велика, как хотелось бы, – добавил он.

– Хорошо, я прочту вашу работу. Интересно послушать диалоги Славянского Бизона, серого кардинала, непотопляемого трехмачтового фрегата. Интересный тип, интересный… Близко не подпустит – ну, разве что к радиоперехвату его хваленой защищенной линии связи. Криптозащита – его гордость и даже хобби. Он обладатель множества патентов в области цифровой обработки модулирующего сигнала, не затрагивающего основной, несущей частоты, которую можно промодулировать еще раз – уже открытым текстом. Видите, я тоже немного в курсе технологий.

Индус молчал.

– Но технологии – это одно, а идеология – это другое, – сменил тему собеседник. По данным, полученным не так давно, Бизон столкнулся именно с проблемами такого плана, не совсем ему привычными. Это проблемы с представителями буддизма. На уровне всех конфессий. У вас нет информации по этому поводу?

– Нет, впервые слышу, чтобы он был верующим.

– Я не это имел в виду. Он не адепт какой либо конфессии. Но в Амстердаме прошел засекреченный собор буддистов всех направлений. Редкое единство в наше время. Вам про это известно, надеюсь?

– Нет, вы мне сообщаете новость.

– И после этого собора Бизон каким-то образом попал, так сказать, в резюме этого собрания. Это, конечно, несопоставимые явления – «Транстриумвират» и последователи Будды, но… тем не менее, это так. Может быть, ваши фрагменты что-нибудь прояснят?

– Возможно, возможно. Там многовариантный смысл.

– Хорошо, генерал, докладывайте любую появившуюся информацию. Доброй ночи.

– Доброй ночи.

Индус снова уставился в точку, попыхивая огрызком сигары. Он-то прекрасно знал, что за проблемы у Бизона с буддизмом. Генерал сам не был буддист, хотя по форме выглядел сочувствующим. Он уже знал о решениях Амстердамского собора. И выполнял их. Двойник! Но это специфика и профессиональное заболевание всех спецслужб. И он не менее своего шефа знал, как развивались события на самом деле. Более того, эти результаты доводили генерала до бешенства, насколько буддист, пусть и сочувствующий, может переживать этот аффект. Оказалось, что может, и достаточно ярко. Индус знал также, что проблемой Монро и ее нового друга уже занимаются и англичане. Непал, Таиланд и их союзники выпустили из рук инициативу. И вот теперь ее перехватила пресыщенная Европа. Вот что волнительнее всего! Апофеозом переживаний стали сведения о том, что у тех ее вырвал из рук, в свою очередь, «Транстриумвират», к которому просто так не подступишься.

«Да! Я экстремист! Но что без нас делала бы остальная масса адептов? Она бы просто исчезла со временем. Ее бы перековали и перепрягли. Никакой Новый Мировой Порядок не приходит сам по себе. Он врывается на мечах. И это так».

Индус сделал набор на компьютере, вошел в сеть и задумчиво набрал необходимый код.

Уолтер, наводчик группы снайперов, охотившихся за Монро, напрасно ждал чуда. И золотоволосый Рипли, и его напарник Эдвард Рош были столь далеки от жизни, насколько это возможно. Рипли снесло полголовы, и он лежал в густой чернобыльской траве, как полководец на Куликовом поле, всем своим видом находясь в разгаре битвы, будто сжимая невидимый приклад своего оружия. Эх, Рипли, Рипли… Золотоволосый танцор, заводивший даже монстров. Иначе умереть ты бы и не возжелал. Амбиции и ненависть к женщинам улетели вместе с золотой пулей.

Уолтер собрал всю документацию и вырыл яму под березой – последнее пристанище генерала снайперов. Потом забрался наверх, снял с турели гигантскую винтовку, так и не сделавшую выстрела. Бросил ее на землю. За ней полетела турель. Аккуратно уложил Рипли на дно глубокой ямы, оружие поместил там же. Молитву читал недолго, тем более что она короткая, чисто снайперская, – и зарыл яму, покрыв ее дерном из глубины леса. То же самое проделал и с Рошем: прочитал молитву и засыпал яму. Оглядевшись по сторонам, закурил. Было тихо. Тепловоз умчался в глубину зеленых зарослей. Да-а! Что тут еще скажешь? Их предупреждали об исключительной сложности задания. Предупреждали… И, видно, недаром. Что-то не сработало. Она настолько быстро вычислила Рипли, что впору говорить о новых технологиях снайперских войн. В общем, небо для Монро пока еще оказалось закрыто. Спасибо Гавриилу пусть скажет. Рипли не успел выстрелить первый и последний раз в жизни. Его пули не знали, что такое пролететь мимо цели, в общем, и не узнали. Ладно, земля им обоим пухом. Уолтер установил зонтик спутникового телефона и набрал номер. Ответили. Майор Уолтер доложил:

– Докладываю ситуацию. Указанные позиции заняли соответственно хронограмме. Цель проследовала через контрольную точку наводки минус семьдесят две секунды. Захват произведен непосредственно после классификации и опознавания. Контратака предпринята в момент радиомолчания. Рипли и Рош уничтожены Монро с проходящего тепловоза, в момент захвата ее как цели. Монро движется дальше по линии. Я нахожусь на 669-ом километре, жду указаний.

– Майор, надеюсь, видеозапись всего происходящего сделали?

– Разумеется. Принимайте, я ее перегоняю.

Уолтер нажал кнопку на видеокамере, подключенной к телефону, и фильм ушел.

– Уничтожьте все, что положено по инструкции, и возвращайтесь в гостиничный номер. Оттуда позвоните.

– Понял.

Уолтер отключил телефон и несколькими стремительными движениями разобрал его на части, а зонтик-антенну разорвал на несколько кусков. Все документы, приборы наведения, карты местности вместе с остатками телефона сунул в плотный пластиковый мешок, затянул его застежкой, нащупал в мешке колбу и переломил ее. В мешке забулькало, и он стал быстро нагреваться, раздувшись в размерах. «Царская водка» со специальными добавками поедала улики. Мешок он забросил в кусты.

Ракета сверхточного наведения уже неслась по координатам, полученным по пеленгу спутникового телефона.

Уолтер вытащил еще одну сигарету, прикурил и повел сам с собой внутренний диалог, выводя себя из депрессии после гибели людей, с которыми проработал не год и не два. Неожиданно вспомнив, что оставил под деревом книгу, – там, где была его позиция, – отправился быстрым шагом туда. Ракета не успела секунд на пятнадцать. Но все равно взрывной волной майора подбросило так, что он на несколько секунд потерял сознание. Осколки странным образом пролетели мимо, порубив все кусты вокруг, но его не задели. «И мне еще рановато к Гавриилу», – мелькнула мысль.