и счет годам невиданный ведет.

А где же мачты, флаги, и флагштоки?

Где парус, пробежавший по волнам?

Где наши извергающие токи?

А, что еще останется сынам?

1987

Метель-метелица

Эх, метель–метелица, душу захлестни,

забери спокойствие, с ветром унеси.

Без тебя, метелица – тишина да грусть,

а сердечко томное просит жизнь вернуть.

Эх, метель–метелица, закружи меня,

пусть все в жизни вертится, песнями звеня.

От мороза стойкого приумолкла я,

приумолкла песенка звонкая моя.

Эх, метель–метелица, песни закружи,

унеси их во поле, с вихрем в виражи.

Не оставь их мерзлыми в душеньке моей,

дай им волю – волюшку, дай им поскорей!

Эх, метель–метелица, с ветром ты дружна,

как мне ваша волюшка, как она нужна!

Заберите, милые, в поле и меня,

унесите в добрые, новые края.

Эх, метель–метелица, смолкла ты зачем?

И меня забыла ты с песнями совсем.

Вечер опустился зимний на леса,

и поблекла снега белая краса.

1987

***

Еще морозами лютует

зима, на холод есть права,

она ветрами в поле дует,

под снегом ежится трава.

Не замерзай, моя Россия,

в морозном инее снегов,

твоя немеркнущая сила

воспрянет в зареве веков.

Еще крепки у нас морозы,

и мало снега на сосне,

побереги деревьев слезы,

чтоб им оттаять по весне.

Не промерзайте, корни жизни,

в холодных солнечных лучах,

весна придет в края отчизны,

очнется в девичьих очах.

Не замерзай, моя Россия,

придет весна в края Кремля,

и оживет земная сила,

и расцветет моя Земля!

1987

***

Приехала метелица

и по дорогам стелется,

с поземкой, жгучим ветерком,

частенько крутится волчком.

Деревьям красоту не дали,

друзья их тихо пролетали.

Они в столице так резвились,

что по пустым каткам катились.

Метут друзья по улице,

столицею любуются,

впиваются в воротники,

как будто банные листки.

Верхом садятся на машины,

от них поскрипывают шины.

Пути все были им открыты,

и снегом улицы забиты.

Вот памятник, снижают шаг,

спокойно обметают прах.

Им слабо видно через мглу

лишь очертания МГУ.

А небо серой мглой покрыли,

и в нем Останкино укрыли.

На самолеты дружно сели -

морозить дальше полетели.

1987

***

Ночь города боится до зари,

ее пугают окна, фонари.

Растет она за городской чертой,

огромной и незримою рекой.

Струится свет из тысячи домов,

и зарево сияет. Сумрак – нов.

Огни в домах то гасят, то зажгут,

мозаики из света, просто, пруд.

Над ближним лесом ночи нет и нет,

есть розовато-серенький рассвет.

Березы у домов светлы от фей

и видятся стволами без ветвей.

На черных соснах яблоками снег,

над ним витает бело-серый свет.

Ночь ждет, когда погаснет в окнах свет,

когда людей за окнами уж нет.

Когда заснут все люди крепким сном,

ночь тихо и достойно входит в дом.

1987

Морозные песни

От наслаждения звуков – застываю

и в музыке морозной я тону,

под переливы звуков забываю,

что прохожу морозную страну.

Качали ели медленно ветвями,

прощалась ночь, день ясный наступал,

на берегах, искрившихся снегами,

морозец с песней звонкою крепчал.

Скрипел снежок от боли под ногами,

он как припев для песен звонких был,

звучала музыка морозными устами,

и звук морозный над тропинкой плыл.

Звенела речка камушками звонко

и пела колыбельную снегам,

прислушивался к ней кустарник тонкий,

скрипел снежок вослед моим шагам.