– Ну и Пегги! Когда научишься себя вести? – спросила она.

Щенок мигом лизнул её прямо в нос, выражая свои чувства.

Та сразу отпустила его, приговаривая:

– Проныра! Ах, проныра!

Дома Пегги сразу улёгся спать, безвольно повиснув на руках хозяйки.

Щенок свыкся со своей воспитательницей и, куда бы она ни шла, бежал следом за нею. Казалось, он понимает всё, что связано с хозяйкой, многое ему уже известно: он знал, что в сумке всегда есть что-нибудь съедобное, что мясо лежит в закрытом холодильнике, что он обгонит свою хозяйку, когда та пойдёт поливать цветы, забежит вперёд и будет заранее ждать её на балконе. Только щенок всё равно совершал оплошности: таскал коврики, кусал хозяйке пальцы, тянул её за носки и шкодил где попало.

«Не по часам же я расту, а по дням», – будто хотел доказать Пегги и пощёлкивал зубами, как волчонок, клацал ими, широко зевал с каким-то воем, словно намереваясь проглотить целого бегемота.

Когда хозяйка начинала убирать в своей комнате, щенок растаскивал покрывала, половики, трепал и тянул хозяйку за подол, точно хотел проучить её за беспорядок. Когда же в комнате было убрано, садился на самое чистое место, точно это была именно его привилегия.

Конец ознакомительного фрагмента.