– А вы сохранили что-то из ее фонда, не так ли? – поворачивается Кимми к трем джиннам. – Возможно, в первую очередь стоит проверить там.

Намик кивает в знак согласия.

– Не хочешь помочь в поисках? То, что вы видите здесь, – лишь малая часть нашей коллекции.

– А где остальное? – Я заинтересованно смотрю наверх, где полки уходят под самый купол.

– Большая часть хранится под дворцом, – отвечает Данте, указывая на лестницу, зажатую между двумя стенами и ведущую вниз.

У Кимми от возбуждения начинают сверкать глаза.

– Я точно в деле.

Я с благодарностью киваю Намику, а он с улыбкой пожимает плечами. Похоже, ему лучше всех известно, что значит любить безответно.

По лицу Саиды невозможно понять, что она думает по поводу этого предложения.

– Полагаю, ты не захочешь марать руки о древние свитки, – обращается она к Исиде.

– О небо, нет, – отмахивается богиня. – Физический труд предоставлю вам.

– Я тоже буду искать с вами. – У меня все тело покалывает при мысли о том, чтобы взять в руки папирусы и свитки из Александрийской библиотеки. Ни за что не упущу такую возможность.

– Мы все будем искать. Быстрее управимся, – вмешивается Данте.

– А я проинформирую Осириса и Исрафила о наших успехах, – объявляет Исида. – Они хотят быть в курсе происходящего. А потом отправлюсь в Асгард и Митикас. – Она с вызовом обводит нас взглядом.

Мы не можем ни исключить ее из поисков, ни запретить докладывать об их ходе другим аристоям. Она в курсе, насколько мы бессильны, пусть и вряд ли пока догадывается, какие тучи сгущаются над ней и ее супругом. Поэтому Исида одаривает нас торжествующей улыбкой и тут же исчезает. Весьма удобная способность, хочу заметить.

Азраэль запускает руку в волосы и смотрит на то место, где она только что стояла.

– Мне это не нравится, – озвучивает мои мысли Сет. То, что он говорит об этом открыто, показывает, насколько сильно Сет начал доверять остальным.

– Мы не можем рисковать и идти на явную конфронтацию, – вздыхает Саида. – Еще рано.

В этой войне определенно слишком много сторон. Маги защищают демонов, Осирис и Исида ведут собственную игру, Саида и Азраэль больше не верят в виновность Сета, а прочие аристои не могут решить, к какой из сторон примкнуть. Моя уверенность в том, что я выберусь из этой истории целой и невредимой, тает с каждым днем. Но если мне хотя бы удастся сделать так, чтобы с Кимми ничего не случилось, и спасти душу Малакая, то плевать на все остальное. От грусти, охватившей меня при мысли об этом, перехватывает дыхание. Все-таки мне не так наплевать, как я пытаюсь убедить саму себя. Что бы ни произошло, я потеряю Азраэля. Не нужно было разрешать ему себя целовать. Так стало только хуже. С другой стороны, нельзя потерять то, что никогда тебе не принадлежало. Подняв глаза, я встречаюсь с его взглядом. Он полон сочувствия. Сочувствия к моему человеческому существованию, которое никогда не сравнится с его.

Подземная библиотека джиннов простирается на несколько этажей под дворцом. По сравнению с ней зал наверху, который и без того уже поразил Нефертари, просто крошечный. Слегка взмахивая крыльями, я лечу вниз между винтовыми лестницами и высматриваю ее. Уже четыре дня мы прочесываем гигантские полки. Это сизифов труд. Отовсюду доносится тихий шелест страниц, а в воздухе витает пыль. Я не в восторге от запаха старой бумаги, но Нефертари его любит.

Скоро обнаруживаю ее, всю потную и в пыли, среди стопок древних книг и пергаментных свитков. За все время нашего знакомства она редко выглядела такой счастливой. Разве что когда была с Малакаем. У меня сжимается сердце, и я не в силах оторвать от нее взгляд. Плавно сокращаю разделяющее нас расстояние, однако Нефертари поднимает голову только в тот момент, когда я приземляюсь прямо перед ней и протягиваю стакан воды. Мириам положила туда дольку лимона и мяту. На самом деле еда и напитки внизу запрещены, но Нефертари не поднималась наверх даже на обед. Я пробовал держаться от нее подальше, и, хотя это, несомненно, было бы разумнее всего, мне надоело.

Без единого слова она берет у меня стакан и выпивает.

– Тут внизу ужасная сухость, – извиняется, возвращая его.

– Знаю, поэтому я здесь. Кто-то же должен о тебе позаботиться. – Аккуратно, чтобы не задеть и не перепутать какие-нибудь документы, я прячу крылья. Большим пальцем стираю пыль с ее щеки, и Нефертари краснеет под этим безобидным прикосновением. Мне очень хочется ее поцеловать, но я просто сажусь рядом. – Попалось что-нибудь интересное?

– Много чего. Только ничего, что помогло бы нам продвинуться дальше. Когда найдем регалии, попрошу Саиду дать мне здесь работу. Так много знаний. – На мгновение у нее загораются глаза. До тех пор, пока Нефертари не приходит в голову, что если все пойдет так, как мы себе это представляем, то, скорее всего, мы вернемся назад. Улыбка тускнеет, однако девушка храбро удерживает ее на лице. – Я могла бы и одна беречь это сокровище. До самой старости, а потом подберу себе достойную преемницу.

Я отвожу прядь волос с ее лица. Каждый раз, когда Нефертари оказывается поблизости, мне хочется до нее дотронуться. Это как потребность, которую я, к счастью, контролирую большую часть времени.

За исключением шороха страниц, здесь царит полная тишина. По воздуху в маленьких чашах летает огонь джиннов и всегда останавливается там, где он нужен. Один из огоньков опускается прямо перед нами, но я отгоняю его взмахом руки.

– Тогда ты проведешь свою жизнь как Медея. С одной лишь разницей, что будешь замурована не в камень, а в бумагу.