Люциус выложил свою последнюю карту.

— Хорошо сыграно, сэр.

Баэл спокойно сгрёб свои золотые соверены со стола.

Когда Люциус сдал следующую партию, Урсула поняла, что о ней забыли, и снова оглядела комнату. Танцовщица топлесс продолжала вяло кружиться. Хэмиш стоял на балконе, от его сигареты поднимался дым.

Урсула направилась к бару, и её взгляд метнулся к Люциусу, когда она проходила мимо него. Её сердце подпрыгнуло. Она узнала рукоять меча, пристёгнутого к его поясу — это был Экскалибур. «Бинго. Теперь нам просто нужно найти способ украсть его».

Она попыталась поймать взгляд Баэла, но он был сосредоточен на игре. Она налила себе бокал вина в баре и поднесла его к губам, делая вид, что пьёт. «У меня складывается отчётливое впечатление, что Баэл может в конечном итоге сыграть на сам меч».

В следующей раздаче он проиграл решающую сдачу, но в новой партии отыграл все проигранные деньги. Спустя несколько раздач Люциус остановил игру и попросил танцовщицу топлесс принести старинную с виду бутылку скотча и несколько бокалов для виски. Налив каждому по три пальца янтарной жидкости, он раздал ещё одну раздачу. Хэмиш вернулся, докурив, и, спотыкаясь, подошёл к барной стойке рядом с Урсулой.

— Пришло время мне выиграть немного денег, — объявил Люциус, ни к кому конкретно не обращаясь. Он бросил на стол все оставшиеся у него монеты. — Я ставлю всё на эту раздачу.

Урсула посмотрела на Баэла, но он снова проигнорировал её. Не говоря ни слова, он положил туда соответствующее количество монет, рассыпав их по столу. Люциус перевернул свою карту, открывая короля треф, и остальные оборотни последовали его примеру. Баэл был последним. Он сделал глоток виски. Затем перевернул свою карту.

Туз треф.

Люциус прорычал ругательство, швырнув бокал через всю комнату. Стекло разбилось вдребезги о стену.

— Что ж, на сегодня с меня хватит, — объявил Люциус, пытаясь вернуть себе самообладание.

— Ты закончил? — спросил Баэл.

— Верно, — сказал Люциус, приглаживая свои ярко-рыжие волосы. Даже несмотря на то, что его лицо скрывалось за маской дракона, Урсула могла сказать, что он на грани ярости.

— Может, ты подумаешь о том, чтобы сыграть на что-нибудь другое? — предложил Баэл.

Люциус помолчал.

— Ты хочешь принять неденежную ставку?

— Возможно, — произнёс Баэл, ловко расставляя ловушку. — Что ещё ценного у тебя есть?

Люциус наклонился вперёд.

— Если я собираюсь пойду на риск, подобный тому, который ты предлагаешь, это должно быть на равных условиях.

— Само собой, — ответил Баэл.

— Тогда я ставлю этот меч в обмен на твою счастливую кошечку, — он указал на Урсулу, облизывая губы, и у неё внутри всё перевернулось.

Баэл потянулся через стол, пожимая руку Люциуса.

— Я полагаю, мы заключили сделку.

— Превосходно.

Люциус собрал все карты и начал перетасовывать.

— Мы разыгрываем одну партию. Если я выиграю, я добавлю твою женщину в свою коллекцию. Если ты победишь, то заберёшь меч, — он раздавал карты, пока, наконец, не перевернул последнюю карту. Червовая масть была козырной. Пока Люциус изучал свою руку, его нога шевельнулась под столом. Он осторожно похлопал своего партнера по икре.

«Жульничество, конечно».

Партнёр Баэла сделал ход первым, лидируя с валетом червей. Партнёр Люциуса последовал за ним с десяткой червей, за ним последовал Баэл с королём червей.

Урсула затаила дыхание, ожидая, когда Люциус разыграет свою карту. Если у него не было туза, то Экскалибур принадлежал только им.

Люциус перевернул свою карту, и Урсула отрывисто ахнула, увидев туза червей.

Глава 19

«Хорошо. Пришло время для плана Б. И это, вероятно, будет план надирания задниц».

— Нет. — Урсула вышла из тени. — Я видела, как ты жульничал.

— Это правда? — Баэл поднялся, отодвинув свой стул.

Люциус на мгновение опешил.

— Ты ставишь под сомнение мою честь?

— Я видела, как ты похлопал своего партнёра по ноге под столом, — Урсула скрестила руки на груди. — Вы общались меж собой.

Люциус свирепо уставился на неё, и Баэл бросился за мечом. Удивительно, но Люциус оказался быстрее. Развернувшись, он ударил Баэла ногой в грудь, повалив его на пол. Мгновенно два других оборотня за столом набросились на него. Баэл сопротивлялся им, когда они прижали его руки.