– Что ты себе позволяешь? – тут же рыпается в моих руках, но я не даю ей возможности вырваться, наоборот, сокращаю наше расстояние до минимума.

– Тебе говорили, что ты выглядишь сексуально в этой юбке? Если нет, то я готов это повторять сотни раз.

Понимаю, что веду себя настырно, но Злата никогда не упустит момент повторить то, что когда–то было.

– Мужик, ты перебрал? Пусти меня!

К чему лишние слова? Да и говорить у нас никогда толком не получалось. Затыкаю сладкий ротик поцелуем, наощупь отталкиваю девушку в более укромный уголок, ладонью проникая под юбку. Пальцы нащупывают край, настойчиво проникают к клитору и трут горошину.

Она пытается увернуться от поцелуя, но когда моя рука скользит под юбку столбенеет на несколько секунд, потом приходит в себя и отвешивает у звонкую пощёчину. Вжимается в стену и тяжело дышит, в шоке.

– Аучч, детка, игры БДСМ меня не прельщают.

Смотрю, как часто вздымается упругая грудь под темной облепляющей водолазкой.

Её игра меня накаляет до предела, сгребаю девчонку в руки. Фиксирую так, чтобы не имела возможности вырваться. Касаюсь нос к носу и хрипло говорю этой сучке:

– Если ты забыла, как нам было хорошо вдвоем, то с удовольствием напомню, моя секси–крошка.

С не меньшим напором вновь штурмую ее губы, в этот раз полностью подчиняя тело девушки себе. Её смешные потуги только разжигают пожар в моих трусах. Намерено трусь каменным членом о живот девушки. Хочу быть в ней, сейчас, а потом загребу её к себе домой.

– Я знаю место, где нам никто не помешает.

– Ты меня с кем–то спутал, – пытается выдавить сквозь поцелуи, но получается слабо. Но врет, цену набивает, ведь тело начинает реагировать: соски твердеют и их становится видно сквозь тонкую ткань футболки и лифчика.

– Такую, как ты, вряд ли забудешь.

Ладонью накрываю плоский живот и сильнее вжимаю дрожащее тело в себя. Моё возбужденное тело мне неподвластно, оно требует разрядки. Мой ствол пульсирует, а я ведомый его желанием.

4 глава

Никита

Черт, если я ее сейчас же не возьму, то мои яйца лопнут. К херам манеры джентльмена, мы взрослые люди. Подхватываю Злату под аппетитный задок, заставляю ногами обнять меня. Наш поцелуй продолжается с долей борьбы, и я кайфую. Её сладость просто вышибает мозги, меня не остановить. Вваливаюсь с разгоряченной партнёршей в небольшое подсобное помещение. Полумрак меня ещё больше клинит. Лишь наши стоны, желание, ласки засасывают в пучину порока. Я рад, что в такие моменты у меня всегда есть презерватив. И сейчас он в считанные секунды оказывается на моем члене. Кусаю шею Златы, ищу её губы и одним мощным толчком заполняю разгоряченную партнершу. Выдалбливаюсь в нее до упора, а из глаз искры. Отвечает, хрипло стонет, но больше не вырывается. А я ищу её соски, хочу языком чувствовать острые пики, сминать упругие полушария, видеть, как они подпрыгивают в такт нашим телам.

Нажимаю пальцем на клитор и скалюсь: дрожь в теле Златы настоящая, не наигранная.

– Тебе нравится, когда я делаю тебе так?

Один сильный толчок сменяют второй, не менее дерзкий. Кусаю острый пик и понимаю, что ещё несколько её протяжных вздохов, и я кончу.

– Нет, – хамит в ответ, но телом подаётся вперед, как кошка, выгибаясь и прижимаясь ближе.

Пара толчков и девчонка умирает сладкой французской смертью, растворяясь в оргазме.

Хрипло смеюсь в ответ. Врушка. Любит набить себе цену, зацепить мужика, но при этом пытается главенствовать. Вижу же, что закидывает голову, телом насаживается на член и кайфует. Мы почти одновременно получили разрядку, но я не спешил отпускать податливое тело. Целовал грудь, пальцами ласкал влажный клитор и ухмылялся.

– Ты как всегда непревзойдённая, крошка. Есть желание повторить? Но уже в уютной квартире и на огромной кровати?

– Есть желание свалить отсюда и представить, что всё это дурной сон, – снова огрызается таким же хриплым, сбившимся голосом.

– Дерзкий язычок, – большим пальцем касаюсь нижней губы девушки, – но такой сладкий. Я готов не спать всю ночь, чтобы доказать тебе, что мы отлично подходим друг другу.

Кусает за палец.

– Больной что ли? Мы не подходим друг другу, – отталкивает от себя, поправляя лифчик и водолазку. – Думаешь, ты такой половой гигант? Ошибаешься, парниша. До тебя были и получше. А теперь дай мне пройти, а то заявление накатаю, что ты меня изнасиловал!

Меня словно плетью огрели. Вот это норов у кошечки. Зубки решила показать. Угрожать вздумала, заманчиво.

– Ничего криминального не вижу в том, что ты мне обоюдно подмахивала, сладенькая.

– А что мне оставалось, когда во мне пятьдесят килограмм веса, а в тебе под девяносто, и ты уже всунул? В клубе, где я музыку не перекричу, – хмыкает, дергая плечом, и смотрит с презрением, – свалишь ты уже с моей дороги, мамкин ловелас?

Я немного прихуел, слушая подобные вбросы, нахмурился. Совсем не та игра, на которую я рассчитывал. Я только что натянул не ту девушку, которую хотелось бы? Да ладно. Она просто меня не узнала.

– Поехали ко мне?

– Ты русского языка не понимаешь? Fuck off! – ударяет меня в грудь, вся бешенная, – следующий будет по яйцам, выпусти меня, пожалуйста.

Чувствую себя не хуже использованного гондона, который до сих пор висит на полуопавшем члене. Делаю шаг назад, отворачиваюсь и стаскиваю использованию резинку. Хер поймёшь этих сук. То вешаются на шею, как конченые, то ноги расставляют и требует качественного траха, то мозг ложечкой выедают. К херам. Бросаю резинку на пол, плевав на срач. В заднем кармане вибрирует телефон. Поспешно застёгиваю джинсы и только потом достаю мобильник