Лорд Чарльз глубоко вдохнул.

— Один мой друг сообщил мне, что Бишоффхейм, предвкушая, как получит этих лошадей, решил заодно, что я стану отличным мужем для его старшей дочери!

Куртизанка уставилась на своего любовника.

— Ты шутишь!

— Если бы! — с горечью ответил молодой человек. — Этому амбициозному банкиру мало открыть лучшие конюшни во Франции, он еще желает блистать в Англии!

После изумленного молчания Леонида проговорила:

— Невероятно, просто невероятно! И что же ты будешь делать?

— Это я и хотел спросить у тебя, — печально откликнулся лорд Чарльз.

И чуть погодя добавил:

— Представляешь, что скажет мой брат, если я предложу ввести дочь Бишоффхейма в семью? Кроме того, как ты хорошо знаешь, я вообще не хочу ни на ком жениться!

— Ты действительно думаешь, — спросила куртизанка после паузы, — что, если ты откажешься сделать так, как он хочет, Бишоффхейм потребует вернуть лошадей в Англию?

— А ты еще сомневаешься? Да он же знает, что я по уши в долгах — ничего нового в этом нет, — и знает, что этих лошадей я купил в кредит. Честное слово, Леонида, я загнан в угол и понятия не имею, как выбраться!

— Но ты обязан выбраться! — вскричала куртизанка.

Она посмотрела на молодого мужчину, сидящего напротив нее — красивого голубоглазого блондина с чистой, гладкой кожей.

А затем представила себе Рафаила Бишоффхейма — маленького, темноволосого, с огромным носом и ослепительно ярким умом, но абсолютно без каких-либо благородных кровей.

Все знакомые Леониде аристократы — и французы, и англичане, — давно и ясно дали ей понять, как много значит для них происхождение.

Да, подумала куртизанка, лорд Чарльз действительно, как он сам выразился, «загнан в угол».

— Прошу тебя, Леонида! — взмолился англичанин. — Ты же самая умная женщина во Франции! Спаси меня! Придумай, что мне сделать и что сказать.

— Бишоффхейм — упорный человек, — медленно проговорила куртизанка. — Если ему захотелось выдать свою дочь за аристократа, я готова поставить все свои франки на то, что он это сделает!

— Пусть себе выдает, но только не за меня! — ответил лорд Чарльз. — Будь я проклят, если женюсь на француженке, которой нечего мне предложить, кроме денег ее отца.

— Но ты мог бы преуспеть с ними, — заметила Леонида.

— Только не ценой моей свободы, и если откровенно, мне не хочется порочить семейное древо фамилией Бишоффхейм!

— Бот этого ему говорить не стоит!

— Да, но я вынужден буду сказать, если он нажмет на меня, а самое скверное то, что после этого мне придется вернуть лошадей в Англию.

Лорд Чарльз встал с кровати и беспокойно заходил по комнате.

— Я чуть ли не на коленях умолял продать мне этих лошадей, — пожаловался он. — Я даже купил одну с Королевского конного завода!

Куртизанка молча наблюдала за ним.

— Ради бога, Леонида, скажи, что я должен сделать? Нет, что я могу сделать!

Снова воцарилась тишина, но вдруг куртизанка вскричала:

— Знаю! Знаю отличное решение!

Лорд Чарльз снова уселся на кровать.

— Какое?

— Ты должен опередить Бишоффхейма и сказать ему, что помолвлен!

— Помолвлен? — переспросил лорд Чарльз. — Но с кем? Вряд ли он поверит, что у меня есть невеста в Англии, если об этом не объявлено в газетах!

— Ты подберешь себе невесту, — медленно проговорила Леонида, — здесь, в Париже!

С минуту лорд Чарльз молча смотрел на нее, потом воскликнул:

— Леонида, ты гений! Но тебе придется найти эту девушку, и она должна будет соответственно выглядеть. Бишоффхейм не дурак!

— Л знаю. Ты хочешь сказать, что она должна быть леди до кончиков ногтей.

Увидев сомнение в глазах лорда Чарльза, куртизанка добавила:

— Не беспокойся. Она будет знать, что играет роль и что на самом деле ты не хочешь на ней жениться, но тебе придется заплатить ей.

— Да я бы отдал ей сокровища короны, если она вытащит меня из этой передряги! — импульсивно вскричал лорд Чарльз.

— Спокойнее, — охладила его куртизанка. — Ты должен извлечь выгоду из этой сделки.

Лорд Чарльз засмеялся.

— Леонида, я обожаю тебя! Расскажи, что конкретно ты задумала.

Куртизанка помедлила, словно выбирая слова.

— Л знаю девушку, — сказала она наконец, — которая несомненно леди. но нуждается в деньгах, чтобы остаться в Париже.

— Ну, если она хорошо выглядит, у нее не должно быть трудностей с деньгами! — усмехнулся лорд Чарльз.

— Я же сказала, что она леди, — резко осадила его Леонида, — и если ты собираешься обращаться с ней как с jolie poule , выкручивайся сам, как знаешь.